Лестница в небо

дендер

Школа-студия Ларисы Фидарати

 

ЛЕСТНИЦА В НЕБО

Когда осетин поднимает свой взор к небу, он видит распростертые над ним крылья небес­ного коня и развевающийся плащ-накидку боже­ственного охранителя и защитника Осетии — Золо­того Уастырджи Образ, созданный гением осетинского народа, является одним из самых архаичных в мировой мифологии, заключая в себе сущность мыслепознания: все существующее управляется единым принципом.

Сияющий божественным светом небожитель — Уастырджи и есть тот Управляющий принцип осе­тинской идеологической системы, которому подчи­няется миро- и социоустройство нации. Строгая и величественная красота осетинской души открывается только постигшему этот цен­тральный после Бога-Творца образ духовной жизни народа.

Сотрапезник богов и нартов, Уастырджи со­провождает человека с момента зарождения и до смерти. Он покровитель путников, но не обычных путников, а духовных, тех, кто избрал путь духов­но-нравственного совершенствования, чтобы стать витязями высшего нрава.

Народные верования и мифология отражают различные аспекты образа самого почитаемого и любимого из небожителей. Одной из его основных функций является мироустроительная. Он, посред­ник между Богом-Творцом и людьми, упорядочи­вает проявленный мир. Особенно ярко это его роль видна в Сказании о рождении нартовской Шатаны.

Буквальное прочтение данного сказания может привести в недоумение неподготовленного читате­ля. Но творцы Нартиады оставили потомкам удиви­тельные знания о природе человека и мироздания на так называемом «хатиагском языке», языке по­священных (глагол хатын означает понимать, умно­жать, в данном случае знания).

Как правило, тексты нартовских сказаний вклю­чают в себя не только поверхностный, легко считы­ваемый смысл, но и несколько пластов глубинного смысла. Расшифровка смысла и символики сказа­ния в значительной степени зависит от культурного уровня воспринимающего.

Эпические тексты рисуют грандиозную мистерию зарождения жизни.

Свет божий, лучезарный Уастырджи, имя-титул которого переводится как Сияющий Великий Витязь Парящий, проникает в склеп-лабиринт к мертвой Дзерассе, прекрасной дочери водного царя, уда­ром волшебной плети оживляет ее, проводит с ней ночь, затем запускает в склеп своего коня и свое­го пса. Проходит определенное время и из склепа раздается плач ребенка, ржание коня и лай собаки.

Сколько ханжеских нападок мы слышали по поводу этого сюжета и все потому, что вовсе за­были язык на котором говорят с нами создатели Нартиады.

На языке символов склеп-лабиринт есть про­странство Богини-матери, безжизненная водная стихия. Уастырджи в виде луча-света проникает в склеп оживляет мертвую материю, в данном случаи водную нимфу, порождая жизнь и божественный порядок!

Вместе с солнцеликой Шатаной на свет появ­ляются появ­ляются первоконь и первособака. Шатана-великая богиня, центральный персонаж героического эпоса о нартах, информационно-энергетическая ось все­ленной, ее постоянный эпитет — мудрая, она храни­тельница великих сакральных знаний.

Конь в символике — божественная энергия трех зон мироздания. Эта энергия рождается на свет вместе с богиней. Как солярная сила конь появля­ется вместе с богами солнца, олицетворяя мужскую энергию и являясь подножием для поднимающего­ся духа человека. Конь так же может символизи­ровать и скорость мысли и мудрость. В восточных легендах небесный конь доставляет на Землю ог­ненное сокровище — камень Чинтомани, часть ко­торого сокрыта на Кавказе. Млечный путь осетины именуют Следом Небесного Коня — Æрфæны Фæд. С конями связана кельтская богиня-лошадь Эпона, которую считали покровительницей лошадей. На ряду с оленем, конь является излюбленным живот­ным в изобразительном искусстве скифов-сарма­тов-алан.

Образ собаки маркирует собой охранительную функцию, божественную защиту богини. Собаки были спутницами греческой богини Артемиды, а так же кельтских богинь-прародительниц. Саму Ве­ликую Богиню часто отождествляли с Великой со­бакой. В Вавилоне собака была символом богини судьбы Гулы. Богиня Исида в древнем Египте ото­ждествлялась с Сириусом, который египтяне назы­вали собачьей звездой.

В этой связи уместно вспомнить греческую боги­ню Гекату, рожденную с тремя головами — лошади­ной, собачьей и львиной, так же имеющую отноше­ние к звездной системе Сириуса. К слову сказать, на более глубоком символическом уровне в сюжете о рождении Шатаны так же просматриваются зна­ния о системе Сириуса.

Величественные тексты в мифологических об­разах сохранили для нас загадочную формулу жизни.

Тот же самый сакральный сюжет но уже другими средствами — средствами архитектуры запечатлен в древнейшей святыне Ирландии — в кургане Нью-Грейндж. Раз в год в день зимнего солнцестояния много­численные туристы становятся свидетелями насто­ящего чуда: луч солнца через узкую шахту проника­ет в темное каменное помещение внутри кургана, все кругом освещается ярким светом, луч солнца касается каменного алтаря и через несколько ми­нут медленно исчезает.

лестница

Древние жителя Ирландии потратили не одно десятилетие на строительство чудесного сооруже­ния. И все это для того, чтобы сохранить знания о появлении жизни на земле.

Курган воспринимался древней культурной тра­дицией как лоно богини-матери, символ смерти-воз­рождения. Луч Солнца-оживляющая божественная энергия.

Аналогичный семантический код заложен в архитектуре знаменитого храма египетской боги­ни Хатхор в Дендере.

дендер
«Таким образом, понимание символики и смыс­лового ядра мифа является, с одной стороны, от­ражением состояния сознания человека и катали­затором его мыслительных процессов, а с другой стороны — отражением объективных законов, кото­рыми управляется мир».

Уастырджи является воплощением представле­ний народа о божественной природе мироздания и человека, формирующим психологический склад нации, национальное самосознание. И эта глубо­кая укорененность образа Великого Аса в сознании и подсознании народа порождает веру в древние пророчества:

«Легенда возвещает, что однажды возвратятся асы, чтобы снова завоевать город Асгард на Кавка­зе, ведомые валькириями и Великим Белым Рыца­рем, который превратится в возвышенного Госпо­дина. Они возвратятся в Святую страну Осетию».

«Осетины, некогда сошедшие с горных вершин, снова возвратятся в горы». В индоевропейской традиции образ мировой горы отождествляется с центром мироздания, как и образ Богини. Вершина горы символизирует высшие достижения в духов­ной области. Следовательно, спуститься с горы и подняться на гору, — есть метафора движения по духовному пути, навстречу Великому Всаднику на Трехногом Белом Коне. Пророчество Нартиады.

№3 (3), ноябрь 2014 г.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Join the discussion

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *