Священный календарь

календарь

Институт национального развития                                                      Школа-студия Ларисы Фидарати

 

Авторский коллектив Института национального развития имеет честь представить широкой общественности осетинский мæйрадуаг (ка­лендарь).

Работа по воссозданию традиционного осетинского календаря подспуд­но велась лучшими сынами Алании-Осетии на протяжении многих лет. К ним, прежде всего, следует отнести собирателей мифоэпического насле­дия нашего народа — Царциаты таурахта, Нарты кадджыта, Даредзанты кадджыта. Без их вдохновенного труда невозможно было бы даже помыс­лить о самой возможности решения выше обозначенной задачи. Вплотную к ее решению подошли замечательные осетинские исследователи: Велен Уарзиати, Валентина Газданова, Валерий Цагараев. Весомую лепту в ос­мысление значимости национального осетинского календаря внес видный организатор науки Солтанбек Петрович Таболов. В определенном смысле, представляемый материал есть движение вперед по пути, обозначенному этими исследователями. Поскольку сама тема осетинского сакрального ка­лендаря подобно Вселенной не имеет границ, то и в дальнейшем, она, без­условно, будет притягивать к себе все новых и новых пытливых исследо­вателей.

По замыслу авторов настоящего материала, он нацелен на решение ряда актуальных научно-практических задач. Во-первых, воссоздать солнечную, астральную подоснову и структуру национального осетинского календаря. Во-вторых, показать прямую и непосредственную связь создателей Нартиады и составителей осетинского календаря и, тем самым, укрепить связь времен и поколений. В-третьих, выявить основополагающее влия­ние духовного мировоззрения ирон æгъдау на формирование праздничного мира осетинского народа. В-четвертых, выявить космогоническую связь культуры осетинского народа с законами мироздания. В-пятых, вывести ирон мæйрадуаг из искусственно созданного состояния забвения (информа­ционного вакуума) и поставить его в один ряд с древнейшими календарями человечества.

Насколько нам удалось достичь поставленной цели судить Вам, уважае­мые читатели.

Всеохватывающая глубина астральной традиции, формирующей на про­тяжении тысячелетий мировоззрение народа ир, наиболее наглядно прояв­ляется в повествованиях «Царциаты таурахта» о том, как Всевышний со­творил Солнечную систему. Данный текст предворяет изложение нашего материала.

«Хуыцау ихдон Мæйыл бакалы æмæ Мæйы рухс фæталынг ис. Мæу æдæй фæстæмæ Хурау нал тавы. Хуыцауы фæндонæй Хур æдзæф бандоныл бадт æрцыди, æмæ йын сыстæн нал ис, бадгæйæ тавы. Мæй йын фæндаг агуры, æхсæвæй бонæй зилы, фæлæ Хуыцауы раз йæ бон ницы у. Уæд Хур смæсты ис. Æдзæф бандоны ныццæвы æмæ Хурæй къæрт фæхауы, уыцы къæрт фæхауы, уыцы къæртты Мæй уд бауадзы æмæ мигътæ равзæрынц. Ныры мигът¸ Мæйы цæссыгтæ сты. Мигътæ сæхи лæбурæг скæнынц æмæ сыл Хуыцау стыр къуыбар рахсы. Къуыбар мигъæртæхæй æнæрсы æмæ дзы Зæхх равзæрди. Зæхх бынат æрцахста, фæлæ тæвд кодта æмæ абухти, кæм сызмæнты, цырдæм дымгæ рыг æмæ сыджыт скъæфы, кæм рæгътæ, кæм хæхтæ, кæм фæзтæ, кæм дæлвæзтæ аззади Зæхх Афтæ сывзæрдысты дзыхъхъытæ æмæ къуыбыртæ. Зæхх фестади дзæнæты бынат, æфæлæ йыл нæ æзмæлæг уыди, нæ тæхæг. Уырдæм Хур ныккасти, Зæхх йæ зæрдæмæ цыди, фæлæ æнкъард кодта…

Хур зæгъы:

— Алæмæт бæстæм мæ тынты фервитын, алæмæт бæстæтыл фæлгæсын, фæлæ та мæ тынты æнкъардæй райсын. Уыцы алæмæт бæстæйы æз æзмæлæг нæ уынын, уæд цæуыл цин кæнон?…

Хуыцау Зæххыл йæ фæндаг ракодта, сыджыт æзмæст скодта, къæдзæхы фæрчытæ йыл æрывæры æмæ сæ сыдæыт æзмæсты бафидар каны, хохаг суадон ауадзы æзмæстыл æмæ равзæрыд лæг. Сыджыт фыд фестади, къæдзæхы фæрчытæ — сæр фестынц хохаг суадон-туг фесты.

Лæг базмæлыди, фæлæ уыди гоби, нæ дзыхæй дзырдта, нæ йæ дзых код­та. Уæд дымгæйы бардуаг Галæгон лæджы хъусты ныхситт ласта æмæ хъуст фæндырдзæгъдау базмæлыдысты. Лæг фестади æцæг адæймаг.  Лææг акасти фæйнæрдæм. Хур æй рæвдыдта, Мæй йæм ныккасти, цард æм бахудтис».

(Царциаты таурæгъта: ирон адæмы эпос)

 

«Нет более совершенного инструмента анализа человеческой культуры, чем тот, который предложила нам сама природа. Система астрологии — единственная природная система, которая также описывает и человеческую культуру. В солнечной системе мы живем и не можем от нее от­казаться».

Семира и В. Веташ

 

Первые представления человека о времени были связаны с годовыми циклами Солнца и Луны. Цивилизационные и культурные ориентиры еще не составляли основу представления человека о жиз­ни, времени и пространстве, их заменяли образы природы, формирующие мифологическое мышле­ние, образное представление людей о мире, в ко­тором они живут. На рисунке 1 показана траектория годового движения солнца по небосводу и основ­ные постоянные временные даты: день летнего и зимнего солнцестояния, день весеннего и осеннего равноденствия.

Рис1мал

Солнце, источник жизни на нашей планете, по праву занимает первое место в ряду природных символов. С древнейших времен люди обожест­вляли дневное светило, считая его подателем вся­ческих благ и выразителем законов мироздания. В верованиях древних народов божества Солнца пользовались особым почетом: Сурья и Пуштон — у арийцев Индии, Аполлон и Гелиос — у греков, Хорс и Ярило — у славян, Митра — у персов, Аматерасу — у японцев и т.д., а древнеегипетский Амон-Ра и вавилонский Шамаш даже занимали главное место в пантеоне. Зримым свидетельством солнечных культов являются сохранившиеся до наших дней каменные календари, которые поражают ученых своей точностью и изяществом. Архаическое со­знание воспринимало Солнце в виде колеса, как образ циклического ритма, непрерывности разви­тия мироздания. Этот символ времени нашел от­ражение в различных мифологических системах, в которых, как правило, изображение календаря приписывается божеству или культурному герою. Осирис — в Египте, Ормузд — в Персии, Кецалькоатль — у ацтеков, Прометей — в Греции, наряду с другими навыками научили людей вычислять даты по календарю.

В осетинской мифологии есть персонаж, кото­рый сочетает в себе качества культурного героя и солярного божества — нарт Сослан. Его чудесное рождение из камня аналогично рождению другого солнечного бога — иранского Митры. Сослана за­каляют в волчьем молоке (волк — зооморфная ипо­стась осенне-зимнего солнца). На плече у Сослана солярные символы, женится он на прекрасной до­чери Солнца, поднимается по солнечному лучу на небо, все свои победы одерживает, когда Солнце находится в зените и умирает от колеса Руймона — родного брата солнечной девы.

В осетинском Нартовском эпосе — этом кладезе всевозможных знаний — есть удивительное сказа­ние «Чем небожители одарили Сослана», которое во всех деталях воспроизводит священный кален­дарь народа. Речь идет о солнечном календаре, которым осетины пользовались вплоть до ХХ в. и который отражал цикличность движения солнечно­го колеса по небосклону. Этот природный принцип, вызывающий последовательность смены времен года, чередования дня и ночи, есть прямое и самое наглядное следствие течения времени.

Четыре астрологических явления, связанных с годовым движением Солнца: день зимнего солнце­стояния — 21-22 декабря, день летнего солнцестоя­ния- 22 июня, день весеннего равноденствия — 22 марта, день осеннего равноденствия — 22 сентября — составляют сакральный крест в круге. Наложен­ный на него под углом 45° второй крест четко раз­граничивает на восемь временных периодов годо­вой цикл движения Солнца (рис. 2).

Приведенное деление полностью совпадает с делением года у индоевропейских народов на 8 ме­сяцев. Так, солярная природа персидского Митры подчеркивалась его лучевой короной с 7 лучами. Одним из основных символов в митраизме явля­ется крест в круге. «Митра — солярное божество и появление креста в его символике вполне оправ­дано, поскольку четыре угла креста соответствуют четырем кардинальным точкам на годичном пути Солнца — двум равноденствиям и двум солнцесто­яниям». Крест в круге можно встретить и на сценах священной трапезы Митры, ими отмечен круглый ритуальный хлеб.

Трон тибетского божества Шенраба, основате­ля религии «Бон» также украшал восьмисегментный круг. Согласно тибетской мифологии Шенраб вышел из центра бонской свастики. В шумерском алфавите первая буква изображалась в виде восьмисегментного круга и переводилась как бог и небо. В скандинавской мифологии верховный бог Один восседает на восьминогом белом коне Слейпнире. Нарт Арахцау также владеет восьминогим конем. Иисус Христос въезжает в Иерусалим на белой ос­лице рядом с которой бежит белый осленок.

Удивительным образом тема календаря возвра­щает нас к наследию на­ших легендарных предков — скифов. Они изобразили свой священный солнеч­ный календарь на обороте знаменитого Келермесско­го зеркала. Календарный характер имеет и знамени­тая скифская пектораль из Толстой могилы. В. Цагараев в монографии «Золо­тая яблоня нартов» отмечает, «что горизонтальная проекция пекторали связывала ее со средней зо­ной мира людей, а значит и с категорией времени в этой зоне. Домашние животные выступают симво­лами годичного цикла природы в ее весенне-летне-осеннем состоянии».

египетБезусловно, символизм Келермесского зеркала и Золотой пекторали есть вершина осознанного восприятия человеком всего величия солнечной системы, сотворенной Богом-Творцом. Запечат­ленные на них пластичные визуальные образы донесли до нас не только знания об упорядочен­ной смене природных временных периодов, но и передали во всей своей величественной простоте мироощущение и мировосприятие нашего народа. Поэтому вопрос о том, имеют ли осетины свой ка­лендарь, во многом носит риторический характер.

Кельты2В греческом искусстве такие составные суще­ства как Сфинкс, Еди­норог являлись кален­дарными символами, по мнению мифолога Роберта Грейвса, ко­торый полагал, что «каждая составная часть этих существ со­ответствовала опре­деленному времени года в священном году небесной царицы». Знаме­нитый круглый дендерский зодиак разделен на 8 основных секторов. Аналогичное деление можно наблюдать и на каменном календаре ацтеков в его солнечном секторе.

«У кельтов колесо с че­тырьмя спицами симво­лизирует астрономиче­ский год и смену четырех сезонов. Слова, обозна­чающие «год» и «коле­со» в кельтских языках совпадают. Колесо было атрибутом верховного бога кельтов в качестве управляющего времен­ными циклами». В буд­дийской религиозной концепции есть понятие «колеса времени» Калачакры, которое символизирует единство макро и ми­крокосма. Таким образом, изменяя себя, человек изменяет мир.

Знаменитые Ворота Солнца в Тиауанаку иссле­дователь Познански характеризовал как «самое совершенное и важное произведение искусства… наследство и изящное свидетельство культуры, знаний и цивилизованности людей и их правите­лей». Изучив центральную фигуру и меандр под ней, ученый пришел к выводу, что это солнечный календарь, который начинается в день весеннего равноденствия. Зороастрийский бог времени Зерван изображался со львиной головой и обвиваю­щейся вокруг тела змеей, которая помимо всего прочего обозначала спиралевидное движение Солнца по небосклону.

«Одним из уникальных памятников не только Северной Осетии, но и всего Кавказа является зна­менитый Махчесский лабиринт» (Е.И. Крупнов). По мнению исследователя Т. Хетагурова семантика древнего артефакта выявляет каменный солнеч­ный календарь.

Итак, мы видим, что у разных народов диск с восемью лучами символизирует сияющее солнце (обязательный графический символ ритуального застолья у осетин). В осетинской традиции наряду с культом Единого Верховного Бога существуют культы Солнца, Луны, звезд и других божествен­ных творений. Производственно-хозяйственная жизнь народа осуществлялась по лунному кален­дарю, где за единицу времени была взята неделя. Солнечный календарь был связан с сакральными культами и именами небожителей Нартиады. В не­бесных дарах, которые они передают людям через солнечную ипостась — героя Сослана, ясно читает­ся календарная символика (рис.2).

Рис2-2мал

Небесный кузнец Курдалагон согласился изгото­вить в своей кузнице соху для нартов, «чтобы каждой весной они вспахивали свои пашни». В ответ Сослан пообещал каждую весну прославлять имя Курдалагона. До недавнего времени осетины свято чтили древний культ огня и металла. Один из сакральных кодов Нартиады связан с идеей сплавов.

К весенне-летнему годовому циклу относится бесценный дар другого небожителя, повелителя громов -Уацилла. Хлебные зерна из своих закро­мов подарил он людям: «Весной, как только станет согреваться земля, вы будете их сеять на южных склонах гор и холмов. И теми зернами, что вы со­берете осенью, будете кормиться целый год». От­правление культа покровителя злаков происходит в весенне-летний период года и включает в себя несколько кувдов: Хоры бон, Къутугæнæнтæ, Кæрдæгхæссæн, Хоры сæр.

Покровитель домашнего скота — Фæлвæра на­учил Сослана скотоводческим заговорам, чтобы за­щитить домашних животных от волков. Его осетины почитали в летне-осенний период. Не пожалел сво­их даров и повелитель благородных зверей Æфсати, но при этом потребовал своей доли от людей: «Пусть охотник, собираясь на охоту, захватит с со­бой из дому три лепешки; на перевале пусть он ими восславит меня». Суровый повелитель ветров, Галагон, тоже ода­рил людей: «Когда осенью будете вы веять зерно на току, то нашлю я ветер, унесет он мякину, и останется вам чистое, тяжелое зерно. Могучий по­велитель вод — Донбеттыр щедро одарил земных людей: «Отныне пусть нарты строят мельницы на моих бегущих водах, а я поручу резвым моим до­черям, чтобы они днем и ночью вертели в воде ко­леса».

Покровитель отважных мужчин Золотой Уастыр­джи поднял здравицу за Сослана: «Дарю я нарту Сослану меч мой — тот, что на таком же пиршестве подарил мне небесный кузнец Курдалагон» (меч — луч Солнца, сила весенне-летнего светила).

руныВот такие сезонные дары благодаря нарту Сослану получили люди. Если мы расположим их по явлени­ям восьми сезонных ипо­стасей Солнца, то полу­чим Священный кален­дарь, который полностью идентичен скифскому со­лярному календарю, свя­щенному календарю митраистов и каменному руни­ческому календарю скандинавов.

Священным этот календарь называется не только потому, что он соответствует основным солнечным фазам в году, но и потому, что «четыре важнейших сюжета в «биографии» Солнца кодиро­вались в мифопоэтической системе индоиранцев как четыре важнейших этапа в земной жизни чело­века: зачатие (зимнее солнцестояние), рождение (весеннее равноденствие), брак (летнее солнцесто­яние) и смерть (осеннее равноденствие)». Данные точки в годичном движении Солнца — есть символи­зация эволюционного пути, восхождения человече­ской души к совершенству, к свету.

Джон Лунди в своей монографии «Монумен­тальное христианство» пишет о подземных храмах митраистов следующее: «Эти пещеры были укра­шены знаками зодиака: Рака и Козерога. Зимнее и Летнее солнцестояния были в центре внимания как ворота для душ, сходящих в этот мир или восхо­дящих к Богу. Рак был первыми воротами схожде­ния, а Козерог вторыми воротами восхождения. Это были два пути бессмертного прохождения с неба на землю и с земли на небо». Огненный Митра вы­ступает как парное божество вместе с владыкой вод Апам-Напатой как две одинаково необходимые для жизни стихии.

В осетинском сказании о дарах небожителей (Дауджыты лæвæртæ Сослæнæн) эта оппозиция представлена божествами Сафа и Донбеттыром (рис. 2). Небожитель Сафа покровитель надочажной цепи, звенья которой символизировали ступе­ни духовной лестницы и связь поколений. Следо­вательно, каждое из основных и промежуточных направлений солнечного календаря находится под охраной определенного божества. Все вместе они составляют энергетический резервуар небесного светила. Не может быть случайностью тот факт, что общее количество долей трех осетинских пиро­гов соответствует 24 знакам — энергиям руническо­го алфавита.

вазаКобано-тлийские, скифские артефакты выража­ют ту же пространственно-временную категорию мира средствами зооморфного или геометрическо­го кодов. Многочисленные розетки, спирали, сва­стики на бронзовых и золотых изделиях древних мастеров говорят сами за себя. Изобразительные возможности зооморфного кода значительно луч­ше приспособлены для передачи мифологической информации о древней космогонии.

Мифоэпическое восприятие устройства миро­здания в культуре осетинского народа наглядно отражено в изобразительных текстах Нартиады. В их основу были положены зооморфные образы небожителей:

Сафа — стихия огня — Дракон;

Донбеттыр — стихия воды — Рыба;

Галæгон — стихия воздуха – Птица;

Уацилла — стихия земли — Вепрь;

 Куырдалæгон — стихия металла — Волк;

Фæлвæра — покровитель домашнего скота — Овен;

Æфсати — покровитель благородных зверей — Медведь;

Уастырджи — покровитель духовного пути — Бык;

Сослан — солнечный герой — Олень.

Священные животные символизируют смену временных циклов в годовом движении Солнца. Данный символический текст многократно воспро­изводится в осетинских сказках о животных, выра­жая идею победы света над тьмой. Особый интерес представляет почти точное совпадение Солнечного календаря Нартиады и народного календаря осе­тин, в котором путь небесного светила совпадает с восхождением души по эволюционным ступеням (рис. 2). Рождение в самое темное время года (зона Донбеттыра), закаливание, получение бессмерт­ного тела (зона Курдалагона), рост, посредством силы Солнца (зона Уацилла), добывание меча из небесного металла (зона Уастырджи), победа над врагами, женитьба на дочери Солнца (зона Сафы), бессмертный подвиг (зона Галагона), самопожерт­вование (зона Фæлвæра), жертвоприношение (зона Æфсати), смерть и новое рождение. В равной мере все великие мистерии античности так или иначе были связаны с солнечным культом, важнейшие праздники индоевропейских народов отражали ос­новные моменты в годовом движении Солнца.

В своей работе «Праздничный мир осетин» В. Уарзиати отмечал: «Летоисчисление у осетин представляет систему точных или фиксированных дат, определенных движением Солнца. В пер­вую очередь это праздники, приуроченные к дням солнечного равноденствия и солнцеворота. К ним примыкают последующие за этими датами празд­ники, с учетом конкретного числа дней или недель, разделяющие их». Поэтому предлагается, в соот­ветствии с традиционной культурой осетинского на­рода, деление годового цикла на восемь частей и четыре сезона: лето (сæрд); осень (фæззаг); зима (зымæг); весна (уалздзæг).

Традиция торжественно отмечать и даже теа­трализовано проигрывать астрономические явле­ния, представляла яркую страницу национальной жизни. В Вавилоне частью новогодних праздников было публичное чтение эпоса «Энума элиш», опи­сывающего происхождение солнечной системы, разыгрывались сцены небесной битвы. В Осетии празднование солнцестояний и весеннего равно­денствия отмечалось всенародными куывдами и состязаниями певцов-сказителей нартовского эпо­са. Махарбек Туганов писал по этому поводу: «В старину на народные празднества стекались луч­шие силы со всех концов Осетии, устраивалась на­стоящая (говоря современным языком) Олимпиада. Лучшие сказители, представители разных ущелий рассаживались на игорном поле и один за другим состязались в содержательных, лучших напевах и пересказах Нартовских сказаний». Сказители, до­носили до народа эпические песни о сотворении жизни, Солнца, Земли, Луны. Они тысячелетиями сохраняли и передавали сакральную структуру мифо-поэтического наследия предков.

Рис3мал

 

На рис. 3 представлен осетинский сакральный календарь, состоящий из центрального круга и радиально расходящихся от него 24-х сегментов. Каждая из частей календаря посвящена соответ­ствующему небожителю, отвечающему за соот­ветствующую космогоническую сферу. Поэтому в сегменты вписаны соответствующие праздники и праздничные циклы. Данный календарь упорядо­чивает (восстанавливает) представления осетин­ского народа об устройстве Вселенной, эволюции его праздничного мира и пространственно-вре­менном расположении торжественных (знамена­тельных) дат в годовом цикле.

спиральМиф часто называют развернутым символом. Если попытаться свести к единому знаку мифоло­гию и культуру осетин, мы получим двойную спи­раль — право-и левостороннее движение небесно­го светила — графический образ, который лежит в основе мировоззрения народа.

     Пока человек ощущает ритмы природы, он чувствует себя ее неотъемлемой частью и жи­вет в гармонии с миром и с самим собой, не нарушая единых нравственных законов миро­здания, считая свою жизнь дорогой к свету, подражая Великому Светилу. Поэтому осетин­ский солярный календарь представляет собой универсальный символ Вселенского закона, порождающий энергию вечного созидания.

№1 (4), март 2015 г.

 

Join the discussion

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *