Сияющая чаша

Print

От редакции

Образ Священной Чаши, выступая в качестве центрального Боговдохновенного символа культуры Востока и Запада, на протяжении тысячелетий будоражит сознание лучших умов человечества. Являясь вместилищем самых сокровенных мечтаний народа, она на протяжении всего обозримого периода существования человека, исподволь задает общий ход развития всемирной истории. Однако, по сей день сама философия, заключенная в этом образе, остается непознанной. Разброс мнений, поэтому основополагающему вопросу чрезвычайно широк. В этом смысле, познание таинств, заключенных в этом легендарном образе, равноценно познанию существа философского камня.

Уже в новейшее время появился ряд научных работ, в которых напрямую связывается появление в средневековой Европе образа Священного Грааля с образом Священной Чаши нартов Уацамонга-Нартамонга. Вместе с тем, приводимые в этих работах данные дают далеко не полное представление о масштабах взаимопроникновения культурных традиций народов древнего мира и средних веков. Однохарактерность сюжетов не может не поражать, что делает необходимым их всестороннее рассмотрение. Последнее позволит дать объяснение необъяснимым с точки зрения современного уровня знания центральным сюжетам, содержащимся в наиболее древних мифологических системах. Актуальность такой постановки вопроса обусловлена еще и тем, что сокровенная сущность, заложенная в этом образе-символе, по сей день остается недоступной просвещенному европейскому уму.

Особо отметим, что сама возможность проведения данного сравнительного анализа в рамках Института национального развития стала возможной благодаря прочтению Нартиады на сакральном ир-ас-аланском языке. Данный язык выступает в качестве своеобразного языкового кода к познанию глубинных пластов духовной культуры протоарийской цивилизации. Представляемое вниманию всемирной аудитории очередное исследование Л. Г. Фидарати со всей очевидностью указывает на первоисточник, повествующий об этой легендарной культуре. В качестве этого источника выступает триада мифопоэтического наследия ир-ас-аланского (осетинского) народа.

                                                                                                                                                                                          

Грааль — это символ, поиск его бесконечен,

как бесконечен поиск понимания божественного смысла

В. Надеждина

Есть образы, которые владеют умами людей на протяжении сотен лет, оказывая колоссальное влияние на культуру разных народов. Со времен тамплиеров Святой Грааль, окруженный завесой тайны, является одним из таких завораживающих образов – символов Средневековой Европы, интерес к которому, вновь вспыхнув с небывалой силой в 19-20 вв., породил бессмертные творения Рихарда Вагнера, научные труды Германа Вирта, обширную художественную и научно-популярную литературу. Разные тайные общества также не обошли своим вниманием тему Грааля. Кретьен де Труа, Вольфрам фон Эшенбах создали культовые произведения о Граале, которые и сегодня будоражат воображение.

Американские исследователи Скотт Литтлтон и Линда Малкор в своей монографии «от Скифии до Камелота» приходят к сенсационным выводам о связи легенд о короле Артуре и Чаше Грааля с осетинским эпосом о Нартах. Они проводят убедительные параллели между Чашей Грааля и волшебной чашей нартов Нартамонга. До них истоки образа чудесной чаши, оказавшей огромное влияние на формирование рыцарской культуры на Западе, искали в самой западной культуре. Литтлтон и Малкор в поисках истока впервые обратили свои взоры на Восток, на Кавказ, на Осетию-Аланию. Авторы провели серьёзную работу, используя обширный исторический материал, и пришли к любопытным выводам.

Однако, реальные схождения, параллели, темы средневекового Грааля и Натриады гораздо богаче, чем это представлено в трудах американских ученых. Сравнительная таблица убедительно выявляет единую природу образов Грааля и Чаши Уацамонга, которая является проекцией Великой богини на материальный мир. Для постижения великих истин, заложенных в этих сакральных образах недостаточно рационального метода, нужны иные пути познания и иной символический язык (Рис. Фрагмент золотой гривны 1-2 вв. н. э. Молящийся сарматский воин с Чашей).

%d1%81%d0%b0%d1%80%d0%bc%d0%b0%d1%822

Особо следует сказать о том, что в цикле легенд о короле Артуре и Святом Граале бросается в глаза не только поразительное тождество Артурианы и Нартиады: братские трапезы за круглым столом, где в центре находится фиал и рыба, путешествие в поисках прекрасной Девы-Чаши Грааля, окровавленное копьё, белые олени, змеи, волшебные доспехи, небесные мечи, блюда с человеческой головой, Король-Рыбак (увечный король), но и тождество символического языка двух культурных традиций. Образ Короля-рыбака американские ученые, не владеющие аланским языком, не обнаружили в Нартиаде, однако, он там довольно часто встречается в сюжетах, где рыбаки вылавливают из реки сундуки с златовласыми мальчиками, а затем отдают их на воспитание своим алдарам, которые и есть Короли рыбаков, Увечные короли, так как не могут иметь детей! В Нартиаде всречается титул владетеля прибрежной страны Кæфтысæр – глава рыб, алдар пролива.

Таким образом, сюжеты средневековых легенд о Граале имеют в своей основе один источник – культурную Традицию ир-ас-аланского мира. Развивая данную мысль можно привести множество почти буквальных совпадений, остановимся на нескольких из них.

Таблица. Основные параллели сюжетов о Граале в традиции

ир-ас-алан и народов средневековой Европы

Средневековая европейская традиция

(X-XV вв. н.э.)

Нартиада (V-I тыс. до н.э.)
1. Грааль – существительное ж.р. появилось во французской литературе в конце 12 века, этимологию которого, исследователи возводят к лангедонскому диалекту, означает чаша или сосуд, содержащий нечто.

Грааль сопровождает прекрасная дева.

1. В Нартиаде Чаша является священным атрибутом прекрасных героинь эпоса, которые часто отождествляются с чудесными чашами. В сказании «Сослан в стране мертвых» дочь Солнца Ацырухс, сестра семи великанов, потребовала выкуп за себя от нарта Сослана – выстроить на берегу моря Черный железный замок, и чтобы на каждом из четырёх его углов выросло по листу с дерева Аза, и чтобы три сотни диких зверей пригнал он.«Чтобы понять духовную символику, нужно отойти от привычных значений используемых образов, и тогда выявится метафизический смысл духовных символов». По сути, солнечная дева требует у Сослана свой символический дубликат – образ чудесной Чаши.Четырёхугольная башня, в которой сидит богиня – восьмилучевая звезда – точно воспроизводит структуру Чаши Уацамонга, которая была четырёхугольной и восьмигранной, являя собой мандалу, образ Вселенной, как и знаменитый общинный дом нартов, который был также четырёхугольным и восьмигранным с горящим огнём в центре и с женщиной-богиней у очага. Замок дочери Солнца – её обитель, должен соответствовать своей хозяйке – он ссау-сияющий и огненный (металл – символ огня). Четыре листа с дерева Аза – это листья с Мирового Древа, три сотни животных маркируют собой три уровня мироздания – олени – высший уровень, туры – срединный мир, ещё сто – хтонический мир.
2. Грааль излучает свет ярче солнца. 2. В Нартском эпосе ир-ас-аланского народа характерной чертой божественных дев является их сияние, затмевающее свет солнца. Это и мудрая Шатана, и жена нарта Хамыца Бценон, и Акола, и безымянная хозяйка хижины, превратившая Урузмага в осла и в собаку и многие другие (осёл – жертвенное животное солнечных божеств, на символическом уровне олицетворяет идею тяжелой духовно-нравственной работы, собака – это символ охранительной функции). Урузмагу достается шкура черной лисы (зооморфный образ Великой богини, а так-же покровителя Пути – Уастырджи) из которой он шьёт себе шапку, семантически соотносимую с Чашей-Сияющей богиней.Дочь Челахсартага красавица Ведуха есть аллегорический образ Чаши, которую добывает нарт Сослан (верхняя часть черепа Челахсартага, коронарная чакра). Дочь небожителя Авдиуага соотносится с семью золотыми чашами, олицетворяя собой высший нрав. Таким образом, чудесная чаша нартов, являясь предметным кодом богини, отождествляясь с ней, символизирует, как и Святой Грааль, божественный первопринцип, сияние истины.
3. Грааль обладает способностью летать и правом выбирать себе хранителя. 3. Эту особенность чудесной Чаши нартов отметили американские исследователи, но в эпических текстах ир-ас-аланского народа аналогичными качествами обладают удивительные женщины нартов. Девы – хозяйки ритуальных Чаш, не только могут летать в своих железных (огненных) башнях (Косер), или накинув на себя орлиные крылья (Акола), но и сами как Великие богини выбирают себе спутников жизни (хранителей-стражей). Принцип отбора такой же, как и в легенде о Граале: хранитель не должен обладать никаким нравственным изъяном. По существу, все странствия нартов за прекрасными девами – есть поиски Чаши Грааля, а все премудрые красавицы Нартиады – есть разные аспекты великой Шатаны.
4. Грааль не кормит трусов. 4. Чаша Уацамонга поднимается только к устам победителя. Нарт Батрадз, самый совершенный из нартов, становится обладателем священного сосуда. Он самый мужественный и храбрый, самый воздержанный в еде и самый благородный по отношению к женщине (женщина – ипостась богини, которая в свою очередь соотносится с чудесной Чашей).
5. Образ ребенка в Чаше Грааля. 5. Наиболее часто встречаемый сюжет с златовласым (божественным) ребенком в Чаше-ладье, которого отпускают на волю волн. Впоследствии он становится хранителем Грааля — небесной девы (сын Шатаны, сын Уацират, сын Агунды и другие).
6. Дева озера, с которой в цикле легенд об Артуре связан мотив получения волшебного меча. Обломки меча, которые следует соединить. 6. Мифологический мотив, встречающийся в Нартиаде и осетинском фольклоре (водные девы Нартиады, прекрасная женская рука, поднимающаяся из воды). Меч в Нартиаде символизирует идею Пути и духовное учение.
7. Идея святой крови на атрибутах, сопровождающих Грааль: меч, копье, окровавленная голова. 7. Раненная стрелой Ахсартага водная нимфа Дзерасса, роняющая капли крови с Мирового Древа. Окровавленные мечи, копья и отсеченные головы в Нартиаде, имеющие отношение к духовной символике.

СТРАНСТВУЮЩИЕ  РЫЦАРИ

Согласно Артуриане, Ланселот, лучший в мире рыцарь, странствуя в поисках Чаши, оказывается в окрестностях замка Грааля «В замке никого нет, однако из одного зала слышны музыка и пение, сопровождающие странный, неведомый рыцарю ритуал; сквозь приоткрытую дверь льется удивительный свет. Ланселот хочет войти, но дверь не открывается; некий голос говорит ему: «Ты не должен этого делать; не входи; Ланселот – беги. Если ты нарушишь запрет ты жестоко раскаешься в содеянном».

Теперь обратимся к повестововательной части Нартиады. Здесь, в сказании «Кому досталась черная лисица» Урузмаг рассказывает о своем нелегком странствии: «Попал я в чудесно убранное жилище. «Вот теперь поесть бы, что-нибудь», – вслух сказал я. И только сказал, гляжу – передо мной стоит фынг, заставленный напитками и яствами. Сытый, во хмелю, веселый, задул я огонь и прилег. Вдруг в полночь все кругом озарилось светом. «Уж не дом ли загорелся?» — тревожно подумал я, но тут же услышал голос: «Не тревожься, нартский муж, то сползло одеяло с ноги моей. – что за диво? — подумал я. – Что за создание живет здесь, у которого так светится кожа. Не могу больше заснуть. В комнате стало еще светлее. Эх, умереть бы тебе, Урузмаг! – подумал я и шагнул к двери. – Должен я узнать, что это за диво» … И тут женщина сказала мне: «Прошу тебя, не подходи ко мне близко, иначе плохо тебе будет». Но только переступил я через порог как ударила она меня войлочной плетью, и превратился я в осла (символ духовного подвижничества, зооморфный образ солнечных божеств).

Приведенные выше схождения более чем убедительно свидетельствуют о том, что оба персонажа находятся в замке Грааля, перед ними одни и те же образы – дверь, порог, неземной свет. Однако, рыцарь Ланселот отказывается от возможности прикоснуться к тайне, не переступает через порог, а рыцарь Урузмаг неудержимо стремится к Истине – светящейся женщине, после тяжелых испытаний – духовных инициаций, получает заслуженную награду – шкуру черной лисы – символ высших знаний. То есть в первом случае (средневековая Европа) мы имеем несколько усеченный вариант, восходящий к первоначальному источнику духовной традиции ир-ас-алан.

ТАЙНА ТРЕХ БЕЛЫХ БЫКОВ

Сакральная природа мышления отразилась в образной системе и языке индоевропейцев, представляя уникальный знаковый код, способный при необходимости трансформироваться обратно в стройную систему знаний.

Посвященный в тайны сокровенной Чаши друид Мерлин предрекал, что «Те, кто будут рыцарями Круглого стола познают истину Святого Грааля», далее он сказал загадочную фразу: «Достигнуть Грааля могут три белых быка, два будут непорочными, а третий чист». По сей день никем так и не была предложена приемлемая трактовка этого образного выражения Мерлина. Действительно, попробуй пойми этих чародеев. Но понять всё же можно, если знать, где находится ключ к тайне.

Одним из таких универсальных ключей является Священный Солнечный календарь, сбереженный для человечества в культурной традиции ир-ас-аланского народа – ирон мæйрадуаг. С помощью этой основополагающей священной модели можно успешно дешифровать как символику знаменитого Круглого стола короля Артура, так и другие мифологические и сакральные системы.

С помощью другого золотого ключа открывается дверь в мир тайных знаний Чаши Грааля и ключ этот также находится в священных текстах Нартиады. Сквозная тема ир-ас-аланской идеологической системы – это тема Пути, представленная как восхождение по лестнице духовно-нравственного совершенствования. Графически этот Путь представлен незримыми центрами энергетической физиологии человека. Блестящей метафорой жизненного пути является колесо Года, движение по которому символически воспроизводит процесс рождения и закалки металла для получения первоклассной стали – совершенного человека. Это и есть стержневая идея всех мифологических сюжетов Нартиады. В национальной традиции эта идеология имеет своё название Дзæуæггаг и свои уникальные ритуалы. Появление ребенка не обходится без покровителя духовного Пути, небожителя Уастырджи, охранительная миссия которого не заканчивается и после физической смерти человека, в духовном мире, так как Путь не имеет конечной остановки («Если ты поднялся на вершину Эвереста, не останавливайся и иди дальше»).

Для прояснения семантики образов трех белых быков, обратимся к эпическим текстам.

В сказании «Сын Шатаны» представлена аллегория духовного Пути как странствие за Чашей. Нарт Урузмаг отправился в годичный поход. Его жена – чародейка, Шатана чувствуя приближение родов, просит Бога наслать на селение нартов черный туман, запрягает в повозку двух белых быков, родившихся в день, посвященный небожителю Тутыру, едет на берег реки и там родился у неё сын. Положила она ребёнка в сундук, в лодку поставила сундук и столкнула лодку. Бежит лодка из стороны в сторону бросают её волны, как мяч. Увидели лодку рыбаки и нашли в ней живого ребёнка. Решили они отнести его своему бездетному алдару. Богато одарил алдар рыбаков и как родное дитя стал воспитывать чудесного ребёнка. Рано обозначился мужественный склад души мальчика, стало ему тесно в родном селении, и алдар решил отправить его поездить по чужим странам. Всем самым лучшим одарил алдар, отправляя в путь своего воспитанника: одеждой, оружием, лучшим конем, двенадцатью всадниками, чтобы сопровождали его.

На пути им встречаются железные ворота. Воспитанник алдара перелетает через них на своём коне, а сопровождавшие его двенадцать всадников кинулись врассыпную. Затем юноша засыпает верхом на коне, его пытаются разбудить три нарта – Урузмаг, Хамыц и Сослан. Конь юноши человеческим голосом пытается остановить задиристых нартов, но всё напрасно. Проснулся воспитанник алдара, повернул коня – и вот уже нарты Урузмаг и Хамыц привязаны сзади к седлу, как переметные сумы, а Сослана он копьем своим поддел под пояс, поднял с коня и высоко понес его на своем копье. Коней нартских он погнал впереди себя. Далее юноша женится на девушке неземной красоты, которая живет в крепости в междуречье.

Вот как-то говорит молодая жена своему мужу: «Дивлюсь я на тебя, насколько велика твоя грубая сила, а ведь ума ты себе ещё не нажил. Если же ум не направляет грубую силу, то в беду попадает человек». Отправляет красавица юношу на поиски черной лисы, у которой на лбу растут три белых волоска. Чтобы поймать лису придется пробираться через терновник, изорвать одежду, износить обувь. Поймал он живьём лисицу, а три белых волоска превратились в золотой пояс, нагрудные застёжки, которые он подарил жене, а третий волос стал ему советчиком.

Прошло какое-то время и жена снова отправляет мужа в Путь. На сей раз от него требуется завладеть сокровищами из крепости Гур, с помощью белого волоска черной лисицы, ставшего его советчиком, юноша завладел дарами – полоской кожи, которая могла переносить человека куда угодно, фынгом, на котором само собой появлялась еда и шапкой-невидимкой – надень и станешь невидим. После этого нарты сообщают юноше, чей он сын, и все вместе возвращаются в селение нартов.

Таков вкратце сюжет сказания. Перед нами образы-символы духовного Пути, представленного как этапы инициации. В своем анализе мы будем использовать духовную символику, которая всегда обращена к внутреннему опыту. Здесь смысл и идея должны быть намного глубже и шире вещественного содержания.

Сказание начинается с календарной символики – в годичный поход отправился Урузмаг. По молитве Шатаны тьма опускается на селение нартов – это явное указание на зимнее солнцестояние. Шатана – дочь небожителя Уастырджи, зооморфный образ которого Бык – самый распространённый образ богов и героев в древних мифологиях: Осирис, Эл, Шива, Зевс, Индра, Агни. «Ещё в раннем пещерном искусстве бык второй после лошади образ, применяемый для обозначения жизненной энергии, символ сексуальной силы». Мифологические системы индоевропейцев рассматривали тело человека как башню жизни с семью основными энергетическими центрами. Движение энергий по этим центрам маркировалось зооморфными образами – птицы, змеи, оленя, быка и т.д. На высших духовных уровнях этих животных часто изображали с крыльями – крылатые быки, змеи.

Являясь жертвенным животным солнечных божеств, бык ритуально умертвлялся в день летнего солнцестояния. В терминах внутренней духовной практики победа над быком, есть духовная победа над мощной стихийной энергией. Три извивающиеся энергии вдоль позвоночника (на востоке это – сушумна, ида и пингала) в Нартиаде представлены тремя белыми быками. В повозке Шатаны также запряжены два быка, рожденные в день небожителя Тутыра (непорочные). Это и есть те быки о которых упоминал Мерлин – два непорочных, а третий чист (зооморфный образ Уастырджи). В Нартском эпосе богиня Шатана – повелительница быков, в греческой мифологии богиня Гера имела эпитет «богатая волами». Отважный герой мифа об аргонавтах – Ясон на пути к сакральному сокровищу должен укротить двух огнедышащих быков и посеять в землю зубы дракона. И это – реплика Нартиады, поскольку не будем забывать, что за Золотым Руном аргонавты прибыли на родину творцов эпических песен, в солнечную Колхиду.

%d0%b4%d0%b0%d0%be%d1%81

С двумя белыми быками, рожденными в день Тутыра связан самобытный ритуал захоронения пораженного молнией человека у осетин. В скифо-сармато-аланских захоронениях нередко встречаются бычьи упряжки или бычьи черепа, между которыми находится перевернутый ковш или Чаша  (Рис.1. Система энергетических центров человека и ее связь с духовным развитием — Дзæуæггаг).

Приведенные выше образы, символически выражают идею духовного Пути, в виде мощных, но невидимых энергий, протекающих через энергетические центры человеческого тела. Шатана – это Великая богиня, дитя, которого она родила – это свет миру, также как и дитя египетской богини Исиды, которая говорила: «Плод, который я ношу – есть Солнце». Ребёнок появляется на свет в нижней зоне мироздания, у реки. В осетинском солнечном календаре это зона Донбеттыра – зимнее солнцестояние.

Три медовые лепешки — это жертвенное подношение богини. Мёд – распространённый символ мудрости и высших знаний.

Эпический текст лаконичен, образная система доносит до нас глубинные смысловые уровни сказания, представляя базовую концепцию ир-ас-аланской идеологии – Идею Духовного Пути, «Ирон Фандаг»

Предметным кодом богини и её важнейшим атрибутом является Чаша. В Сказании это Чаща-ладья, пущенная на волю волн – энергий, с божественным ребёнком (в тексте есть указание на мяч – это золотой мячик, персонификация обновленной души нартских героев).

Ладью выловили рыбаки – известный символ ловцов знаний. Они отдают чудесное дитя алдару, «бездетному, Увечному Королю». Божественное дитя — это Грааль. Путнику для движения по Пути нужен конь, божественная энергия. Двенадцать сопровождающих юношу всадников графически воспроизводят колесо Года («чтоб в одном направлении ни за что не скакало больше одного всадника, во все стороны рассыпайтесь») и начало Пути. Железная дверь – граница между ступенями инициаций.

Три нарта – Урузмаг, Хамыц и Сослан, являют собой персонификацию нижних энергетических центров, связанных с порождающей энергией. На это же указывает выразительная картина их пленения, передающая фаллический символизм (нижние энергетические центры человеческого тела отвечают за базовые функции, такие как инстинкт выживания и продолжения рода, развитие физической силы).

%d0%b1%d0%b0%d1%88%d0%bd%d1%8f

Далее, как в легенде о Граале следует мотив незаданного вопроса – где найти подходящую невесту – Грааль? Красавица живет там, где сливаются две реки в междуречье, «кабаньему рылу подобное». Кабан в символике – хтоническая порождающая энергия.

Следующие энергетические уровни обозначаются деталями декора в женском платье – пояс и нагрудные застежки из серебра и золота. «Детали декора осетинского национального костюма соответствуют энергическим центрам в теле человека». Пояс и нагрудные застежки маркируют третий и четвертый энергетические уровни (верхние центры связаны с самовыражением, глубинным познанием окружающего мира, духовным совершенствованием).

В Нартиаде этот художественный прием, когда предметы одеяния используются для обозначения энергетических уровней, встречается довольно часто. В сказании «Сослан и безвестный сын Уархага» система чакр обозначена золотыми чашами и символами порождения, движения и борьбы – лучший мужчина, лучшая женщина, лучший конь, меч, щит, кольчуга. В сказании «Красавица Уадзафтау, дочь Адакыз» система энергетических центров представлена образами главных нартовских героев, которые сватаются к прекрасной дочери Адакыз и получают отказы из-за различных нравственных изъянов. Лишь юный сын Аца, безупречный Ацамаз, смог покорить сердце горделивой чаровницы (Рис.2. Башня Жизни — система энергетических центров, представленная в эпических текстах Нартиады образами главных героев).

В шумерской мифологии есть сюжет семантически полностью совпадающий с сюжетом из Нартиады – «Иштар в подземном царстве». Богиня Иштар спускается в царство Иркаллы, её сопровождает привратник, который возле каждой из семи дверей подземного царства останавливается и снимает с богини поочередно украшения – символы власти – корону, серьги, цепь, пояс и т.д. Каждый предмет декора соответствует определенному энергетическому центру.

Такая деталь, как изорванная одежда и подошвы чувяков, тоже неслучайна, каждый следующий этап пути характеризуется новой одеждой. Всех прекрасных дев Нартиады отличает одна удивительная особенность – они одной рукой кроят, другой шьют одежду своим мужьям. Гостю выносят семь комплектов одежды. И это одно из основных условий движений по Пути. В эпосе шумеров царь Гильгамеш облачается в новые одежды после победы над чудовищем.

Черная лиса – зооморфный образ-символ богини – хозяйки трех белых волшебных волосков – энергий, а также символ покровителя Пути – Уастырджи. Итог долгого Пути – сокровища из крепости Гур для достигшего Высшего Нрава Героя. Покровитель благородных путников Златокрылый Уастырджи, есть витязь парящий, и все эти сокровища – его атрибуты, он хозяин шапки-невидимки, чаши жизненной энергии. Этот мистический Путь многократно повторяется в эпосе, обрастая разными гранями, воспроизводя идеологему Дзæуæггаг.

Сюжет сказания читается как идеологема Дзæуæггаг – «оснащение нравом идущего по ступеням Школы Жизни». Отличительными маркерами этого Пути являются образы лучших нартов – Урузмага, Хамыца, Сослана; предметы декора – пояс и нагрудные застежки; волшебные вещи – фынг, летающая кожа, шапка-невидимка.

Великий парящий витязь – Уастырджи стоит за метаморфозами, которые испытывает душа, преобразовывая грубую энергию нижних энергетических центров в лёгкую, летучую, невидимую энергию – высших центров (летающая кожа, шапка-невидимка), и достигая уровня Мон – высшего знания и совершенного нрава – Уæздан. Путь от Далимон (Сырдон) до Уалимон (Батрадз) – есть путь от зверочеловека до сверхчеловека, и это знание из тайной доктрины ир-ас-алан, запечатленное в эпических текстах, являющееся своеобразной духовной матрицей, одной из главных ценностей ир-ас-аланской культурной традиции. Об этом подробно повествуется в сказании «Строительство башни Урузмага», где величественная энергетическая башня выстраивается при участии Уастырджи, который обладает способностью «поднимать душу по ступеням восхождения и открывать высший порядок, скрытый от взоров невежд».

Это путь который проходят рыцари Грааля – Парцифаль, Галахад, брат Ланселота Богорт, сумевшие воплотить в себе золотое правило братства – нравственную чистоту, и который покоряется рыцарям Нартиады. Братсво рыцарей Нартиады – это братство рыцарей Чаши, отсюда многочисленные культы, ритуалы ир-ас-аланского народа связанные с почитанием священной Чаши.

ЧАША КАК СИМВОЛ

Если рассмотреть цепочку отождествлений, связанную с культурой Чаши в ир-ас-аланской Традиции, получится грандиозная по своему масштабу и сакральной глубине парадигма: Чаша-Великая богиня, Чаша-Вселенная, Чаша-Галактика, Чаша-Солнечная система, Чаша-Календарь, Чаша-голова – череп (Саргахс – где Сар это голова, кахц это Чаша), Чаша – лестница – священный духовный путь (Чаща Уацамонга имеет семь делений, испить которые способен только совершенный витязь Батрадз, одевающий Чашу себе на голову, знаково обозначая её как вместилище знаний). Параллели этой идеологической системе во множестве встречаются в культуре скифо-сармато-аланского мира, это и огненная небесная Чаша из генеалогической легенды скифов, которую забирает себе царь Колоксай, приобщаясь тем самым к высшим знаниям, это и позолоченные чаши из черепов с той же семантикой, а так же многочисленные золотые Чаши с календарной и солярной символикой, ритуальная Чаша колена Кусагона, как атрибут духовной власти, и Чаши, предназначенные для священного напитка, параметры которых не менялись тысячелетиями, соответствуя в точности параметрам человеческого черепа, это и семь Чаш энергетических центров в теле человека.

Print

Главная героиня эпоса о нартах – мудрая Шатана – центр и средоточие нартовской жизни, постоянные атрибуты которой небесное зеркало, трехногий столик – Фынг и Чаша – предметный аспект самой богини. Несомненно, что именно Сага о Шатане, принесенная на Запад воинственными аланами, легла в основу представлений о Граале. Шатана воплощает в себе все функции чудесной Чаши: она — центр нартовского мира, она – указующая Путь, она насыщающая, она – главная советчица – ей ведомы дороги земные и потусторонние, она воспитывает самых доблестных рыцарей для нартов и она сама выбирает себе «Хранителя»-супруга. Шатана поднимается на седьмой уровень башни, пребывая в духовных сферах, сияя неземным светом, и это она в своем зооморфном обличии белой оленихи или черной лисицы приводит нартских героев к высшим ступеням инициаций, к духовно-нравственным высотам.

И конечно же это она – главное сокровище нартов – Чаша Уацамонга. Аланы изображали свою богиню с телом в виде восьмисегментного круга и с божественным ребенком на руках. В образе же огненного дракона на боевых знаменах она (Шатана) сопровождала их в походах, вдохновляя на победы. Отсюда танец на краях священной Чаши Уацамонга — есть танец причащения к Истине – Богине.

Сокровище нартов — Чаша Уацамонга, хранителем которой становится безупречный рыцарь Батрадз, знаменует собой Духовный Путь – лабиринт, который начинается у истоков Мирового Древа, у воды (здесь же образы водных быков: Батрадз играющий в воде быками, Сослан, перебрасывающий быков через реку и т.д., игра водными быками означает покорение сексуальной энергии) и проходит через семь уровней Чаши, семь уровней инициаций, достигая верхней коронарной чакры – всезнания, сияющего совершенного нрава. Это и есть Чаша Грааля она сияет ярче солнца, она способна плыть против течения, как знаменитая золотая Чаша Будды, предвещающая близкое просветление, и она – парящая, так как наполнена божественной духовной энергией жизни, она символ

Пути и вечного поиска Истины. С ир-ас-аланского языка Грааль читается как «обитель рождений в действенной силе высшей», «это Чаша родства витязей ас-аланской династической доктрины» (А. Чочиты).

Сокровенные знания о жизненном Пути как о внутренней духовной практике в виде культурных кодов присутствуют в ир-ас-аланской Традиции. Но особую значимость для понимания культурных кодов, оставленных нам как бесценное наследие нашими предками имеет реликтовый слоговый язык народа Ир, который не только передает информацию, но и сам является бесценной информацией. В своей революционной статье о реликтовой теории языка Абайты Николай установил, что «каждое слово этого языка представляет собой определенный набор из логически осмысленных мыслей, причем каждая из этих мыслей набора, в свою очередь, уже не распадается на отдельные подобные же мысли. То есть, последняя оказывается уже неделимой, наподобие атома в старой физике. Образно говоря, каждое слово представляет из себя набор неделимых (атомарных) мыслей, подобно тому, как каждое сложное химическое вещество состоит из неделимых атомов разных химических элементов».

На этом сакральном языке слово Бык передается слогом ГАЛ, которое в обратном прочтении есть ЛÆГ— человек, а в реликтовом УАЛ — УАГ – высший нрав!

В древнем Египте священный бык Апис был зооморфным образом Осириса и воплощал идею плодородия, семя бога, но только ир-ас-аланский язык сохранил память о том, что это семя нрава. На Ближнем Востоке крылатые быки воплощали ту же идею высшего нрава.

И становится понятной загадочная образность трех белых Быков, ведущих человека к высшему нраву, к Чаше (АГ-УАГ) нрава, духовно-нравственному совершенству, а также семантика белого Оленя Артурианы и Нартиады, который на языке ир-ас-алан есть САГ – Сияющая Чаша, в обратном прочтении это ГÆС— страж, охранитель, с указательным местоимением А-АСАГ— это Истина (Шатана – белая олениха, чаша нрава, охранительница знаний – Истины). Рыцари – нарты, поражающие стрелой белых олених – это Путники на дороге жизни, странствующие в поисках Сияющей Чаши. В иранской мифологии это Чаша легендарного царя Джамшида, в которой отражается весь мир.

Царица нартов Шатана владела чудесным зеркалом, в котором так же отражался весь мир. Все образы, составляющие цепь соответствий, говорящие: Богиня – Шатана – Чаща – Зеркало – Мир – Знание-нрав.

Посвящённый в тайны Священной Чаши суфийский мудрец Омар Хайям писал:

«Джамшида Чашу я искал, не зная сна.

Когда же мной земля была обойдена,

От мужа мудрого узнал я,

Что напрасно так далеко ходил –

В моей душе она».

В основе веры народа лежит нравственный закон. На земле древнего Иристона, в сакральном ущелье находится святилище стерегущего тайные знания Золотого Дракона – хранителя святого Грааля – чудесной Чаши нартов – Уацамонга. Культурная Традиция скифо-сармато-аланского мира воплотила в образе чудесной Чаши знания об особой форме энергии – жизненной, пронизывающей все живые существа. Уникальная информация о принципах циркуляции энергии в человеческом теле по определенным каналам, о семи энергетических центрах – чакрах, которые имеют отношение к личностному росту и развитию сознания передавалась при помощи сакрального хатиагского языка. Образ этот выходит далеко за пределы древности, являя собой символическое выражение поразительных знаний о природе человека и мироздания, вмещая в себя, «систему Нрава протяженностью в Жизнь, выстроенную как Дорога с возрастными ступенями. По этим ступеням человек входит в земную Жизнь и выходит из земной жизни наверх», реализуя основное условие идеологемы Дзæуæггаг – Высший Нрав.

Лариса ФИДАРАТИ 

№3(8), сентябрь, 2016 г.

Join the discussion

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *