Ирон фынг

фынг 3.

«Ирон фынг æгъдауæн у, Ирон фынг зонд амоны»

ДРЕВНИЙ ИСТОК

В духовной сокровищнице ир-ас-аланского (осетинского) народа исключительно важную роль играет традиция ритуального застолья, истоки которой уходят в глубокую архаику, выявляя поразительную, многотысячелетнею преемственность мировоззрения и социальной психологии людей. Ритуал застолья, как богатейшее культурное наследие народа, воспроизводит солярную природу небесного божества, противопоставляя хаосу и бесформенности времени упорядоченность мироздания.

«Сиденье за трапезой – священное действо. Пиршество принадлежало к важнейшим учреждениям общественной жизни. В традиционном обществе ритуальный прием пищи был главным средством влияния на окружающую природу и реальную жизнь. Благосклонность богов к человеку определялась через пир. Осетинское обрядовое пиршество с жертвоприношением, обозначенное «куывд» является религиозно-культовым термином, выражающим такое важное понятие духовной жизни, как молитвотворение» (В.С. Уарзиати).

Ирон адам

Феномен ритуала застолья алан-осетин легче всего проясняется через миф, отражающий коллективный опыт предков.

МИФ И РИТУАЛ

В ир-ас-аланских священных текстах «Царциаты диссæгтæ» нашла отражение мифоритуальная сторона древних традиций – космогоническая картина первомистерии – куывда, где во главе ритуального застолья восседает сам Бог Творец, а сотрапезниками его являются Солнце, Луна, множество небожителей, зеды и дауаги. Как и положено Творцу, Бог (Хуыцау) не просто сидит за трапезой – Он созидает, используя свою творческую энергию для сотворения Солнечной системы, Земли, людей. Идея творения, переданная через ритуал застолья, сохранилась в ир-ас-аланской (осетинской) культурной Традиции до наших дней.

Этикет скифо-сармато-аланского застолья уникален. Созданный в недрах североиранского мира Нартовский эпос донес до нас основные знаки и символы не имеющего аналогов в мире ритуала. Данные Нартиады позволяют провести этнокультурные параллели с сегодняшним традиционным бытом ир-ас-аланского народа.

В сказании «Доля старшего и доля младшего» повествуется о походе нартов, во время которого они останавливаются погостить у кривого Али и трех его сыновей – Саргоя, Гургоя, Анабара. «Хорошо угощал их Али, рассадил за трехногими столиками, а у нартов в то давнее время старшие сидели вместе с младшими. Кто где садился, тот там и сидел».

В героических кадагах ир-ас-аланского народа поражает лаконизм изложения, который тем не менее содержит невероятный объем сакральной информации. В приведенном отрывке это, прежде всего, крайне древняя разработка идеи Пути, как идеологии переходов «рождений-смертей-рождений» Дзæуæгкаг, которая в свою очередь синхронизируется с годичным движением Солнца по Зодиаку (поход нартов).

В тексте также есть указание на мотив хаоса и на идею творения («старшие сидели вместе с младшими» – отсутствие порядка, «рассадил всех за трехногими столиками» — упорядоченность мироздания и социума). Мифологическое сознание воспринимало тело Космоса, тело социума и тело человека как тождественные. Отсюда отсутствие строгого порядка за священной трапезой означает хаос, разбалансировку Космоса и социума. Наличие естественной иерархии в ритуале застолья воспроизводит эталонное действо, восходящее к божественным прототипам.

Интересна трактовка образа кривого Али, который устанавливает мировоззренческий и этический закон для нартов. Об этом загадочном персонаже в тексте сказано крайне скупо, однако обращает на себя внимание его постоянный эпитет – «кривой». В эпических текстах сакральные смыслы часто скрываются в деталях. Так, слово кривой (одноглазый) позволяет провести мифологические параллели, проливающие дополнительный свет на этот образ. В скандинавской мифологии верховный Бог Один отдал свой глаз великану Мимиру в обмен на внутреннее зрение – мудрость. В древнем Египте солнечный Бог Ра также лишает себя глаза, у другого солнечного Бога Гора глаз похищает его противник – Бог Сет.

Символика глаза связывает его с источником света – Солнцем, с духовным видением, с мудростью и созидательной силой. В индуизме Бог Кришна породил миры силой своего взгляда. В этом же ряду стоит кривой Али как родоначальник Традиции, одарившей нартов знанием и мудростью. Дополняет образ значение самого имени кривого Али и «говорящие» имена трех его сыновей. Али – Ал — Уæл – вверх; Саргой – энергия головы, духовная энергия; Гургой – энергия тела, физическая энергия;  Анабар – энергия низа, порождающая энергия. Кривой Али и три его сына воплощают индоевропейскую универсалию – трехчастный космос, трехфункциональную социальную структуру и триединую природу человека.

Эта же идея воплощена в знаменитой скифской генеалогической легенде, по которой родоначальником трех скифских сословий выступает первопредок Таргитай и три его благородных сына – Липоксай, Арпоксай, Колоксай.

«Нарты, кто из Вас старше всех по годам? Спросил кривой Али.

— Урузмаг старше всех, ответили нарты.

— Так пусть он и садится за старшего

— А после Урузмага кто из Вас старший? – спросил опять Али

— Хамыц и Сослан, — ответили нарты

— Тогда садитесь Вы по обе стороны Урузмага, — сказал Али Хамыцу и Сослану.

И они тоже сели на указанные места.

Так кривой Али по старшинству рассадил всех нартов, а затем сказал:

— Батрадз, Ацамаз и Елтаган, Вы, как младшие, будете прислуживать за столом».

Перед нами во всей красе пирамида социоустройства нартовского мира, с четкой оппозицией старший – младший, с определенными социальными ролями. Обращает на себя внимание тот факт, что данная иерархия в ритуале застолья строго соблюдается у прямых генетических потомков нартов ир-ас-алан (осетин), которые и сегодня рассаживаются за длинным фынгом (даргъ фынг) исключительно по старшинству, моделируя ритуальными средствами идею Пути к Богу, к свету-знаниям. Ритуально-культовая функция фынга соотносится с идей Пути к Богу. Так в традиционном быту современных поколений алан стол устойчиво воспринимается как престол Божий.

Кривой Али попросил трех своих сыновей поблагодарить гостей.

«Старший сын, Саргой, взял с блюда воловью голову вместе с языком, положил ее перед Урызмагом и сказал:

— Ты старший среди нартов, ты и глава! Отныне пусть будет в обычае оделять старшего в доме головой. Да будет он, подобно голове, одарен разумом, и пусть, получив язык, он языком своим научает младших, остается для них наставником, чтобы они внимали каждому его слову.

Урызмаг тоже сказал спасибо Саргою.

— Вот тебе сгуы! Как бы ты его ни изрезал, что бы ты с ним ни сделал, не скажет «ой» этот сгуы! И так же, как он остается нечувствителен, так чтобы и ты не чувствовал никогда боли в ногах и никогда не уставал бы от ходьбы!

После этого второй сын кривого Али, Гургой, взял шею барана, которым угощали за столом, преподнес ее Хамыцу и сказал ему:

— С честью сиди рядом со своим старшим, главнее всех голова, но, чтобы высоко держать голову, нужна шея. Как бы ни была тяжела голова, у тебя должно хватать силы держать ее. Пусть крепка будет шея, чтобы никто никогда не сломил ее. Оставайся при старшем навеки вторым старшим, а если не станет твоего старшего, будь готов наставлять своих младших.

Хамыц тоже поблагодарил его, затем отрезал ухо у барана и протянул его Гургою.

– Будь бдителен! Вовремя услышь грозящую беду и готов будь встретить ее. Будь достоин того, чтобы лучшие из молодежи брали пример с тебя, и всегда отвечай на их вопросы. Среди сверстников пусть твои добрые дела прославляются открыто и пусть за глаза люди повсюду говорят о твоей отваге!

И, наконец, подошел к старшим третий сын Али, Анабар. Он положил перед Сосланом курдюк и сказал ему:

— Тебе выпала честь сидеть рядом со старшими, так будь им помощником и во всем равняйся на них. Пусть потомки с честью произносят твое имя. Если чего не смогут достичь своим разумом старшие, пусть твой ум придет им на помощь. Пусть младшие тебя почитают, а старшие любят.

Сослан тоже встал с места, взял с блюда ребро, поднес Анабару и поблагодарил его.

— Пусть твое имя будет примером для младших! Терпеливо и неустанно служи старшим, будь для младших достойным товарищем. Пусть никто не сможет сказать тебе: сядь-ка пониже или сядька повыше. Будь средним и гордись этим местом!

Так обменялись они благодарственными речами и с тех пор повелось перед старшими класть на стол голову, шею и курдюк, младшим давать как долю сгуы, ухо и ребро».

Мифологическая концепция жизни удивительно точно передана здесь средствами анатомического кода и драгоценного ключа к древней мудрости – закона аналогий: «Что наверху, то и внизу», рассматривающего Солнечную систему как тело большого человека, которое аналогично человеческому телу.

В основе священной трапезы, за которой сидят нарты, лежит мироустроительная идея жертвы, воплощенная как Мистерия Творения. Мифологическое сознание воспринимало небесное светило как величайший символ Высшего Божества, чья благодетельная сила вызывала различные формы поклонения.

Неудивительно, что солнечные божества были одними из самых почитаемых в древних пантеонах. В ир-ас-аланском фольклоре и эпических песнях Солнцу отводится особая роль, как источнику жизни и высшей мудрости. Свои уникальные знания о мироздании, Великом светиле и человеческой природе предки нашего народа запечатлели в священных текстах и ритуалах. Поразительно, но и сегодня ир-ас-аланское застолье моделирует ритуальными средствами сокровенные смыслы этих духовных учений.

Понять мистерию застолья можно лишь осознав цепь отождествлений, которая на заре ир-ас-аланской цивилизации была принята за аксиому создателями мировоззренческих концепций Нартиады. Величественная золотая цепь Традиции представляет собой ряд соответствий: Солнце, которое имело тройственную природу как на физическом, так и на духовном плане, являлось зримым символом Бога Творца, центром жизненной энергии, аналогично этому Божественный Дух являлся миниатюрным солнцем для человеческого тела, где органы функционируют так же, как и планеты в пределах солнечной системы. Имея в виду эту аналогию (Бог Творец = Солнце = Дух), следует присмотреться к анатомическому коду, с помощью которого многие тысячи лет передавалось Учение.

Древние понимали, что жизнь на земле существует милостью – жертвой Солнца. Небесное светило отдает свою энергию (часть своего тела) для поддержания жизни на нашей планете, являясь источником силы, которая вращает Землю и другие планеты, а также белки – основу биологической жизни (они так же как и Земля имеют левостороннее вращение). Египтяне изображали Солнце с лучами – ладонями, несущими символ жизни — крест Анх.

Анх

Самым распространенным зооморфным образом солнечных божеств в древних цивилизациях был бык – Осирис, Зевс, Посейдон, Агни, Индра, Шива, Уту-Шамаш и др. В усыпальнице фараона Тутанхамона было обнаружено два десятка яйцевидных ящиков, в которых хранилось сушеное мясо быка. В отдельных ящиках размещались различные части животного – бедренная кость, ребра, позвонки т.д., семантика которых никем из египтологов не рассматривалась.

Интересно, что в комплекс ритуальной пищи в Египте и Шумере входили одни и те же продукты: «Пироги, и пиво, и куски мяса от тех, что суть на алтаре Ра», «Даруйте мне пироги», «Я съел бедро» (египетская «Книга Мертвых»); «Угости ее (Инанну) ячменной лепешкой с маслом, напои ее пивом из кувшина» (эпические тексты шумеров).

Аналогичный пищевой код наполнен конкретным содержанием и для современных потомков индоиранской культурной традиции, продолжая сохранять свою обрядовую значимость, «открывая секреты давно потерянной науки Солнца». Современная культовая трапеза ир-ас-алан предполагает обязательное наличие на ритуальном столе пирогов, пива и мяса жертвенного животного.

Таким образом, утерянные знания о тайной науке Солнца легендарных цивилизаций древности продолжают жить в культурной традиции ир-ас-алан. Сегодня на ритуальной трапезе принесенное ими в жертву животное разделывается на те же части, что и пять тысяч лет назад, в строгом соответствии с принципом старшинства. Символический смысл различных частей жертвенного животного, который соответствует различным частям мироздания, хорошо отражен в «Упанишадах»: «Утренняя заря – это поистине голова жертвенного коня, Солнце – глаз, ветер – дыхание, рот – огонь, год – туловище жертвенного коня, восходящее Солнце – передняя часть, заходящее Солнце – задняя часть».

Сравнительно-историческое сопоставление с другими индоевропейскими мифологическими системами позволяет выявить общие архаичные истоки мифа о Творении, о солнечном свете как источнике жизни, о его энерго-информационной составляющей. Мифологизированная традиция синтезирует невероятные знания о субатомной природе солнечного света в универсальном образе Сакральной жертвы. На торжественной трапезе ир-ас-алан Вечное светило представлено телом жертвенного животного, которое считалось ипостасью, атрибутом солнечного божества, чаще всего быка или овна, три части которого манифестируют триединую низшую природу человека, в то время как трое старших за столом символизируют триединую высшую божественную природу. Бык как зооморфный дубликат солнечного божества сохраняет свою семантику в традиционном быту ир-ас-алан. Рога жертвенного быка украшают разноцветными лентами, которые символизирует солнечные лучи, как и знак креста на голове жертвенного животного.

Древний священный текст кадагов воспроизводит во всем величии мифоритуальную сторону культурной традиции, восходящей к сакральному истоку – Мистерии Творения. Вершину иерархической пирамиды венчает триединое одноглазое солнечное божество – организующий центр мира, три аспекта которого представлены тремя его сыновьями: Саргой – энергия головы, Гургой – энергия средней части тела, Анабар – энергия нижней части. Их зеркальной проекцией на социальный организм являются три старших представителя нартов – Урузмаг, Хамыц и Сослан соответственно.

Иконография ир-ас-аланского ритуального застолья, зафиксированная в священных текстах, выявляет редкостный консерватизм формы и содержания, являясь наглядным свидетельством великих фундаментальных знаний о энергетической природе света.  Вплетенные в традицию посредством различных кодов (анатомического, числового, цветового, предметного, зооморфного, растительного, геометрического, пищевого т.д.), эти знания реконструируются в первоначальную целостную систему.

ПУТЬ — ДОРОГА

Форма маленького трехногого с круглой столешницей столика – фынга сохраняется у ир-ас-алан со времен древних цивилизаций Междуречья. Он встречается на цилиндрических печатях Шумера, в курганных захоронениях скифов, сарматов, в аланских катакомбах. Его упоминают в античных источниках: в «Иллиаде» Гомера, в «Анабазисе» Ксенофонта, в китайских источниках и т.д. В эпических текстах о нартах жертвенник – фынг связан с сакральной функцией и соотносится с идей духовного Пути. Круг как символ божественной гармонии и совершенства – общеиндоевропейская универсалия. Три ножки фынга на макроуровне отражают три энергетических состояния Вселенной, а на микроуровне – три энергетических канала человеческой физиологии, проходящих через духовные центры и приводящих к высшей мудрости (аланы нередко изображали ножки фынга волнистыми линиями). К этому же кругу понятий относится трехногий конь небожителя Уастырджи, трехногий золотой осел Ахурамазды, трехстопный Брахма.

«В нартовском эпосе, традиционном быту и даже в наши дни, в конце 20-го столетия, понятие «фынг» в сознании алан (осетин) сопровождается почтительным отношением, граничащим со святостью» (В. Уарзиатти). «Пища, совместная еда и пиршество были регламентированы и играли важную социокультурную роль в течение тысячелетий в ритуалах, смысл которых уже и не связан с питанием» (О. Фрейденберг). В этом отношении семантика жертвенного фынга алан-осетин заслуживает особого внимания, как категория, связанная с сакральными смыслами. «Наиболее престижной едой в ритуальном контексте до сих пор остается выпечка – пироги с начинкой из свежего сыра и отварное мясо, обычно бычка или барана, из напитков – пиво».

В мифопоэтической триаде ир-ас-алан широкое распространение получила идея, которая составляла суть всех великих мистерий античности – это символическое соответствие божественного тела хлебу, а божественной крови вину или воде. Хлеб – это продукт многочисленных превращений зерна, аналогично этому тело небожителя – результат трансмутации жизненных энергий – чистый свет. Знаменательно, что именно ир-ас-аланский язык сохранил сакральную природу этих понятий, обозначая одним словом ХОР и солнце и зерно. Это соответствие довольно часто встречается и в эпических песнях о нартах: «Иди и пусть тебя самого едят люди. Пусть вода (кровь) твоя будет им питьем, хлеб твой (тело) – им едой» (Урузмаг и Харам Хуаг).

В Нартиаде распространен сюжет, в котором ребенок (божественное семя) прямо из люльки требует испечь для себя хлеб, отведав который он тут же набирается сил и превращается в воина-защитника (аналогия с зерном, прорастающим и набирающим силу посредством энергии солнца).

Подобным же образом шумерские мифы используют символизм солнца и хлеба (Лугальбанда, который выпекает семь хлебов, маркирующих духовные центры человека, Гильгамеш, которому тоже подносят семь хлебов – этапы Духовного Пути). В митраизме хлебный каравай с изображением креста символизировал солнце. В Алании и сегодня на зимнее солнцестояние выпекают хлеба, украшенные солнцем, звездами и лестницей! Эти же мотивы с разными вариантами встречаются в культурных памятниках по всему миру.

Цепь соответствий: солнце – хлеб – бык проявляет скрытые смыслы культовой трапезы.

В Традиции ритуального застолья ир-ас-аланского народа отварная голова быка на фынге перед старшими есть неоспоримый символ духовных, божественных знаний, которые являются предметом культа. При этом само понятие старший относится уже не только к возрасту, но и к объему знаний. «Сæр – зондамонæг у», «Сæрæн – сæры бынат, къæхтæн – къæхты бынат». Его священной обязанностью является трансляция этих знаний нижесидящим – младшим, вступившим на Духовный Путь, ибо стол в ир-ас-аланской традиции является образом Духовного Пути. Этот аллегоризм, выявляющий сложную природу застольной трапезы алан-осетин особенно ярко проявляется в текстах о Царциата. В сказании «Царциаты хистæр» нарт Урузмаг помогает народу Царциата выбрать себе старшего (вождя, предводителя). Для этого перед ним ставят общинный котел, в котором варится бык ( котел – символ Солнца в Нартиаде и в культовой практике ир-ас-алан). Мудрый Урузмаг предлагает всем претендентам достать себе долю (хай) из котла. Кто какую часть жертвенного быка доставал, тот такую социальную функцию и должен был выполнять. А чтобы ни у кого не оставалось сомнений, что доставший почетную долю – голову быка Суа является законным и достойным старшим, все претенденты отправляются в балц.

В дороге им довелось испытать множество трудностей, они попадали в сложные ситуации, из которых выходили только благодаря знаниям, опыту и мудрости старшего Суа. Когда все вернулись из похода, никто уже не оспаривал право Суа на старшинство. Совершенно очевидно, что идея Пути в сказании представлена как школа жизни с возрастными ступенями, репликой которой и является застольный ритуал. Старший за столом – символ духовного совершенства, трансформирующая сила, источник мудрости и безупречной нравственности – Ирон æгъдау.

Старший (хистар) начинает священнодействие, вознося молитву (куывд) Единому Богу (Хуыцау) и заканчивая ее А-мен – «это истинно». После этого он обращается с молитвословием к Великому Парящему Витязю Золотому Уастырджи, которому в Традиции отведена роль покровителя Духовного Пути. (Зооморфным образом его является крылатый бык. По легенде Уастырджи опоздал на пиршество к самому Богу, помогая незнакомому путнику починить повозку и продолжить свой Путь).  Все присутствующие подтверждают слова главы застолья, произнося в конце – О-мен (Да, это разумно, истинно), подчеркивая этим приоритет разума как осеменяющего света.

Мифоритуальный аспект культового церемониала проявляет характерный стиль взаимоотношений в номинации старший-младший, при котором глава застолья наставляет ниже сидящих младших, советуя им идти без устали дорогой разума, передавая им бедренную кость жертвенного животного (сгуы), которая в анатомическом коде символизирует движение и зарождение жизни. Движение в широком смысле является основой функционирования всех модульных систем мироздания: атомы, молекулы, химические элементы, планеты, звезды, галактики, вселенная – подчиняются единым законам спирального вращения. Но в данном случае бедренная кость имеет отношение к кругу понятий, свойственных идеологеме Дзæуæгкаг (снаряжение нравом идущего по Пути) и сакральной категории Ирон фандаг, связанной с комплексом культов (рождений-смертей-рождений) прямо соотносимых с мировоззренческой категорией Ирон æгъдау.

Все эти понятия являются единственными в своем роде, так как ничего подобного нет в других этнокультурах. Ирон фандаг – дорога Иров буквально означает – Путь детей света, который дублирует годичный цикл солнца и в идеале приводит к духовной эволюции. Интересно, что корневая лексема гал – бык в обратном прочтении есть лаг – человек и уæл-уæг – высший нрав, что соответствует учению о божественной ипостаси солнца-огня и энергии движения (развития) как Пути к Богу, к нравственному совершенству. Образно этот Путь представлен колесом года и составляет существо сакральной доктрины ир-ас-аланского народа.

Арфа

В ближневосточных культурах солнце часто называли непобедимым героем и солнечный культ несомненно лежал в основе героического мировоззрения древних. Солнце, как и солнечные боги вступало в единоборство с силами тьмы (годовой цикл, суточный цикл) и каждый раз одерживало блистательную победу. Эти природные циклы связывались с жизненным циклом и судьбой человека – рождение, закалка, рост, победа над собой, получение духовных знаний, перерождение, благородство, жертвоприношение. Жизненный путь человека осмыслялся в солярной образности. Головные уборы богов, фараонов, жрецов Египта и Шумера украшались бычьими или коровьими рогами. Парадная одежда фараонов включала в себя хвост быка. Впоследствии шлемы с рогами быка носили: галлы, гунны, вандалы, готы, викинги, отождествляя себя с героическим божеством Солнца. Подобные идеи воплощались и в произведениях искусства таких, как, например, позолоченная голова Быка с арфы из древнего Ура со сценами жертвоприношений, которая является наглядной иллюстрацией движения по пути солнца – души. В Алании-Осетии музыкальные инструменты также украшались зооморфными образами, чаще всего коня или быка. Причем, хтонический сегмент года на арфе из Ура маркируется человекоскорпионом со свитком или цилиндрической печатью в руке, как символе сакральных знаний.

В священном солнечном календаре народа ир – Ирон мæйрадуаг самый темный сектор года, когда солнце входит в созвездие Скорпиона, считался наиболее подходящим временем для посвящения в Великие мистерии. Этим сегментом колеса года в календаре заведует покровитель благородных животных Афсати (сектор Скорпиона, тьмы, конца цикла). Он протягивает руку помощи предводителю нартов Урузмагу, чтобы тот достойно прошел инициацию в духовные знания (сказание «Кому досталась черная лисица»). Одним из требований небожителя к путнику является жертва бедренной кости убитого животного первому встреченному на Пути человеку (сказание «Дары небожителей Сослану»). Таким образом, подтверждается символика бедренной кости как относящейся к Духовному Пути, к идее смерти и нового рождения Солнца и человека.

ЗНАНИЕ – СИЛА

Второму старшему (дыккаг хистар) Хамыцу преподнесли шею жертвенного животного, которая символизирует силу, поддерживающую голову – знания. «Фыццаг – сæры зонды кад у, дыккаг – бæрзæйы – тыхы кад, æртыккаг – уæны – æхсары кад!». Какова бы ни была мощь знаний, они, тем не менее, нуждаются в охранительной силе, которую за ритуальным столом представляет второй старший. В социальном плане охранительную функцию выполняли воины (кшатрии в Индии), главной задачей которых была защита касты брахманов (жрецов) – хранителей знаний.

Союз знания и силы нерушим. «Сæр æмæ бæрзаи æгъдау ирон адæммæ тынг рагæй ис. Инна адæмтæм та нæ уыд». В соответствии с застольным ритуалом Хамыц отрезает ухо жертвенного животного и передает его младшему с наставлением быть бдительным. Идея бдительности была одной из ключевых в различных духовных системах и предполагала наличие осознанного отношения к реальности. Быть бдительным означает перестать спать наяву, перестать быть биомашиной. Это первый шаг к осознанному восприятию реальности.

Ухо жертвенного животного в качестве почетного подношения младшим следует понимать, как наставление слышать то, что говорят старшие и усваивать духовные знания, которые им передают во время ритуала. Но это то, что на поверхности. Глубинное значение данного анатомического символа проявляет скрытые пласты ритуала. Отдельные части тела человека или животного истолковываются в контексте символической системы соответствий. В человеческом теле ухо соответствует шестому духовному центру, отвечающему за осознанность.

Считалось, что большие уши означают большую осознанность (Будду изображали с очень большими ушами). Китайцы полагали, что ухо символизирует идею нового рождения, так как оно напоминает эмбрион человека. В мифологических текстах Египта, Индии, Алании герои убивают хтонических животных – кабанов, ослов, драконов, поражая их уши. В аланском языке слова «ухо» и «чаша-блюдо» так же как повелительный глагол «слушай» совпадают по звучанию – къус. Скифо-сармато-аланские чаши из черепов имели зооморфные ушки. Так, весь строй сакральных образов иллюстрирует текст Нартиады – зооморфные ушки поддерживают чашу-знания. Дар небожителей, Чаша Уацамонга, есть мистический центр нартовского мира эквивалентный голове жертвенного быка.

Тореро

В Испании, на корриде, отличившиеся матадоры получают почетную награду – ухо поверженного быка, хотя никто в современной Испании не помнит, почему победитель получает не золотой кубок, например, а ухо животного в качестве приза, и почему только выдающийся матадор имеет право носить костюм, расшитый золотыми нитями. Так же трудно установить первоначальное значение изображения головы быка с восседающей на ней и возносящей молитвы за трапезой женщиной из Чатал-Гуюка. (Аналогичные сюжеты археологи обнаружили в древнем городище под Киевом). Изваяние каменной головы быка и высокохудожественные фрески ритуальных игрищ с быками на Крите, античные тавромахии и многое другое указывает на священное знание ныне забытое.

Критский бык

Ответ следует искать в древнем истоке индоиранского культурного круга, где идея движения по ступеням духовно-нравственного совершенствования соотносилась с различными частями сакрального животного. Для наглядности можно вспомнить шедевры кобанской бронзы и скифский «звериный стиль», составляющие одну культурную традицию, где священное животное часто представлено какой-либо отдельной частью, а изображение ушей или зооморфных ручек ритуальных чаш, носит глубоко сакральный характер. Дошедшие до нас древние предметы ир-ас-аланского народа передают в художественных образах не столько реалистическое виденье мира, сколько отражение в символических образах определенных мировоззренческих представлений.

Кобанская фигура

Показательна в этом смысле кобанская пряжка, изображающая человека, стоящего на голове оленя и крепко ухватившегося за оленьи уши. Так древний мастер увидел и передал идею духовной победы.

Получается, что загадочный для непосвященного в тонкости ир-ас-аланского ритуала жест второго старшего означает пожелание – наставление для молодежи достижения духовно-нравственных высот, связанных с причащением к чаше – Великой Богине – божественным знаниям. Этот древний канон соблюдается и на современных ритуальных застольях Алании, как форма социальной субординации.

РАЗУМ И УМ

Третья ипостась одноглазого (всевидящего) божества, младший сын Анабар, маркирует своим подношением третью часть жертвенного животного (низ) курдюк. Его обращение не оставляет никаких сомнений в том, что третий старший за ритуальным столом являет собой персонификацию Ума, (его задача сидеть рядом со старшими, быть им помощником. Он должен приходить на помощь старшим, если они своим Разумом не смогут чего-то достичь).

В фокусе сакрального кода застолья находится высшее просветленное сознание, Божественный Разум. Анатомические аналогии в ритуале застолья читаются как священный текст, проявляющийся на разных уровнях бытия.

Застольная трапеза в лице старейших представителей общины, проявляет особую значимость дуальных понятий Разум – Ум, являясь своеобразной обрядовой формой кристаллизации идеи универсальной божественной природы.

Посвятительная речь третьего старшего самая загадочная и туманная. Анабару предлагается терпеливо и неустанно служить старшим, быть средним и гордиться этим местом! Какой уровень бытия, какая модульная система соответствует этим требованиям? Разгадка, возможно, кроется на субатомном уровне, который так же, как и все мироздание управляется законом троичности. В ведической литературе и трактатах по йоге, которым не одна тысяча лет, описывается подробное строение атома.

Древние греки так же знали, что мир состоит из мельчащих частиц – атомов, а атомы – это энергия. Следовательно, законы движения энергии лежат в основе мироздания. Микроскопическая частица материи – атом, представляет собой модель вселенной, что свидетельствует о тождестве в материи всех миров. Поскольку в приведенной выдержке из Нартиады повествуется о природе сознания, то вероятнее всего, речь идет о трех состояниях сознания – бодрствование, сон и промежуточное (среднее!). В ведических текстах три состояния сознания верховного божества Брахмы соотносятся с его трехстопностью (интересно, что трем ножкам фынга часто придавалось зооморфное оформление в виде лап кошачьих животных, а солнечный Бог Египта Ра превращался в рыжего кота).

В основании одного из святилищ Южной Осетии был обнаружен каменный свастический знак, выполненный мозаичной техникой в зооморфном стиле. В центре композиции находилась голова волка, лапы кошачьего хищника и крылья орла. Вся композиция образно передавала сокровенные смыслы, связанные с идеей солнечного божества, рождения света из хаоса и тройственного аспекта высшего сознания (волчья голова может трактоваться как зооморфный символ Великой Богини, которая в свою очередь соотносится со звездой Сириус). Аналогичный свастический символ, только антропоморфный и поэтому менее информативный, расположен в основании знаменитой пирамиды Солнца ацтеков.

Таинство потрясающего застольного ритуала ир-ас-алан заключается в воспроизведении обрядовыми средствами энергетической матрицы вселенной. Тело жертвенного быка соотносится с телом, солнечного божества, которое в свою очередь аналогично телу человека и социума. Прямая связь человеческого организма, его энергетических центров с Солнцем не являлась тайной для наших предков, которые обозначали духовные центры человеческой природы образами оленей на цыпочках, то есть зооморфными символами Солнца и парящей энергии. Зная о единстве биополя человека и солнечной энергии, люди ощущали себя в буквальном смысле слова «Детьми Солнца». Экспериментальной наукой доказано, что субатомные частицы, вращающиеся вокруг своей оси – протоны и нейтроны ядра и электроны на орбитах являются источниками торсионных полей и имеют единую природу с биополем человека. Солнце – первоисточник энергии в солнечной системе, излучает свою силу в пространство со знаком минус (отдача), а обратно получает ее со знаком плюс. Возвращаясь к источнику, энергия меняет зарядность – преображается. Пересечение волн излучения и поглощения создает энергетическую решетку, которая пронизывает всю солнечную систему. Это пульс космоса.

Таб1

По аналогии с солнечной системой в теле жертвенного животного, в зооморфном символе солнечного божества имеется три центра: верх – голова, это плюс; середина – средняя часть, это ноль; низ – нижняя часть, это минус. Тот же принцип излучения и поглощения энергии действует и в социальном теле. Первый старший – голова, второй старший – шея, третий старший – курдюк. Три старейшины за трехногим круглым столиком фынгом являют собой зримое воплощение универсального закона троичности в трех энергетических состояниях – плюс, минус, ноль. Это пульс социокосмоса.

Живительная энергия – свет-знания распространяется от источника (три старших) до границ социума (младшие), создавая духовные и материальные миры. Три ритуальных пирога с сырной начинкой соотносятся с огненной, духовной природой, а пироги с начинкой из мяса, которыми заканчивается ритуал застолья – с материальной природой (именно поэтому их не готовят аланы для поминального застолья). Идею распространения света-знаний передает и движение почетной чаши, которая напоминает синусоиду – волну, а чаша – частицу (солнечные фотоны, кванты, являясь волной и частицей одновременно, способны одномоментно находиться в духовном и материальном мирах. После физической смерти душа переходит в духовные миры, поэтому за поминальным столом почетная чаша движется по прямой линии).

Но этим не исчерпывается символизм священного ир-ас-аланского фынга. Древние понимали, что видимые тела и предметы являются только символами невидимых сил, материальным проявлением невидимого принципа.

Шатана

В сюжете рассматриваемого сказания бросается в глаза табуированность женского принципа. Ни одного женского образа в тексте нет, но женский божественный принцип незримо присутствует, выступая эквивалентом духовного света. Именно ей приносятся сакральные жертвы: гибнут три сына кривого Али, оставляя после себя в дар нартам мироустроительные символы: Свирель, Чашу, Столик фынг. Все эти сакральные предметы – атрибуты Великой Богини, имеющие непосредственное отношение к идее Духовного Пути и нравственному эталону. Хозяйка нартов Шатана – олицетворение фынга, его незримая доминанта.

Путешествие нартов по трем погибельным ущельям – черному, белому, красному относится к тройственной природе Великой Богини и соответствует ее цветовому коду, а также алхимическому процессу трансмутации металлов, что аналогично энергетическим и духовно-нравственным преобразованиям в нартовском обществе. В этом грандиозном космическом театре ведущую роль играет Солнце, семантика которого является ключом ко всему сказанию и вместе с остальными участниками спектакля олицетворяет замкнутый цикл энергий.

Уникальность ритуальной трапезы ир-ас-алан состоит в культурно-символическом воспроизведении образа солнечного Пути. Энергетические процессы, происходящие внутри солнечной системы, передаются ритуальными средствами с помощью различных кодов за сакральным застольем. Высшие знания, связанные с тайной наукой солнца, доносятся до людей через их социально-бытовой опыт. Социокосмос актуализирует основные аспекты культурно-символического и сакрального истока.

В ир-ас-аланском ритуальном застолье удивляет поразительная устойчивость культурных кодов. Все великие цивилизации древности зашифровывали в своих мифах, архитектуре, произведениях искусства знания о природе солнечной энергии, но только в современной Алании они сохранились в виде живой Традиции.

В древнеегипетских священных текстах Бог Солнца Ра заявляет: «нет ни одной части моего тела, которая ни была частью тела Бога:

Мое лицо — лицо Диска

Мои глаза — очи Хатхор

Мои уши — уши Аупута

Мои щеки – щеки богини Исиды

Мой спинной хребет – Хребет Сета…».

Точно также части тела быка, являвшегося инкарнацией и жертвенным животным Бога-Отца-Солнца, были синонимами священных энергий солярного божества. Эта же идея лежит в основе сакрального солнечного календаря ир-ас-алан, который сохранился в текстах Нартиады. Три священных предмета, полученных в дар нартами, имеют отношение к акту Творения и энергосистеме солнца.

«Процесс творения космоса из хаоса, неотделим от возникновения первозвука, праязыка». Свирель – символ музыкальной гармонии и совершенства, ее божественные звуки рождают миры, в тексте кадага она связана с числом семь (семиглавый уаиг). Чаша Уацамонга наполнена солнечной энергией жизни, ее числовое значение по тексту девять (девятиглавый уаиг). Столик фынг в кадаге связан с числовым кодом двенадцать (двенадцатиголовый уаиг) и отражает идею движения солнца по Зодиаку.

С помощью предметного кода сакральный текст Нартиады передает идею зарождения и движения солнца по небосводу. Этот сюжет кадага дублирует семантику золотых предметов (секира, ярмо, чаша, плуг) из генеалогической легенды скифов. Четыре сокровища, упавших с неба, своей символикой воспроизводят колесо года – крест в круге и графически передают идею движения солнца по зодиаку (годовой цикл).

Таб2

Древнегреческий философ Геродот оставил для потомков информацию о скифском обычае приносить клятву на шкуре быка. Зарубежные и отечественные исследователи так и не смогли дать предметное, достоверное объяснение этому обряду. Вместе с тем, только в традиционной культуре ир-ас-аланского народа сохранилось понимание-разгадка этого священодействия, который бытовал в их среде еще в 19-м столетии. Наступая на шкуру, скифы и их прямые потомки аланы символически вступали в священное пространство – тело солнечного Бога, прикасаясь к благодатным энергиям.

Солнечный герой Нартиады стальной Сослан, покоряя крепость Хыза, одевает на себя шкуру быка, древнегреческий Геракл облачается в шкуру кабана, скандинавский Сигурд – в шкуру волка, Урузмаг – в шкуру горного козла и т.д. Весь этот мифо-символический комплекс из одного древнейшего арийского (индоиранского) культурного круга. Мифологические персонажи сливаются с зооморфными образами – энергиями, представленными в солнечном календаре Нартиады. К прообразу круга, как символу, в котором синтезированы идеи развития, восходят пантеоны древних богов, возникновение протописьменности и «кругового» мышления.

«Круг (сфера) является тем прафеноменом, который онтологически лежит в основе формообразования бытия». Некоторые исследователи рунического языка человечества выводят его происхождение из годового цикла солнца. Мистическое значение в Традиции ир-ас-алан придается священному символу сакрального года в его восьмичастном делении, без которого немыслимо ни одно ритуальное застолье – это три круглых пирога, разрезаемые двумя совмещенными по центру крестами. В результате получается графический символ колеса года – восьмисегментный круг и двадцать четыре священные даты сезонного движения солнца, совпадающие с народным календарем ир-ас-алан – Ирон мæйрадуаг. Каждый сегмент солнечного года характеризуется соответствующим только ему типом солнечной радиации. Эта информация зашифрована в многочисленных артефактах, воссоздающих колесо года, где все части круга символизируется образами того или иного божества или рунического знака. Получается, что различные божества национального пантеона являются силами – энергиями одного Бога Творца, который есть абсолютное совершенство, свет, истина, жизнь, путь – круг. В ведах многократно повторяется мысль, что солнечно-огненная стихия вмещает в себя всех богов.

Выдающимся достижением ир-ас-аланской культуры является синхронизация годичного солнечного цикла с энергиями, соответствующими духовным центрам человеческой природы, а четыре кардинальные точки годового цикла – равноденствия и солнцестояния составляют древнюю идеограмму «крест в круге», знак Пути. Движение по Пути это движение по кругу: Утро-весна соответствует детству и юности человека, полдень и лето – взрослению, осень и вечер – зрелости, а зимняя ночь смерти ведет к новой жизни. «Поэтому движение по кругу и обращение вокруг себя является великим космическим законом Бога, нравственным основанием Универсума и всего Бытия». «Живая традиция ритуальных аланских (осетинских) застолий и консервативное присутствие в них образов Нартовского эпоса свидетельствует о единой духовной формуле». Невероятные знания о природе солнечного света, переданные Хатиагским языком, через ритуал застолья воссоздают во всей первозданной красе высшую науку о мироздании, о нанометрическом познании устройства жизни, о солнечной системе как живой «клетке» вселенского организма, о единых законах, регулирующих жизнь во Вселенной. Такой уровень кодирования информации есть творение гения ир-ас-аланского народа.

Отчётливые следы взаимодействия древнего ритуала и мифологии обнаруживаются в сакральных текстах о Царциата, которые возвращают нас к древнему истоку, к возникновению мироустроительной категории æгъдау, духовно-нравственным ценностям, к самоназванию народа, которое выводится из славного имени старшего сына культурного героя-реформатора Къаукъаза – Ирон. Тексты прямо сообщают о том, что Ирон – это не столько национальный признак, сколько духовно-статусный. Социальная иерархия выстраивалась как пирамида, на вершине которой восседали «Иронтæ» (учителя – распространители сакральных знаний, те, кто достиг совершенства в следовании Ирон æгъдау), на ступень ниже — «къæлатджынта» (военная аристократия, защитники духовных ценностей, включенных в круг понятий Ирон æгъдау, изучающие Учение, переданное через культурную традицию), еще ниже – «уæласинтæ» (следующие по Пути, изучающие обряды и мифологию своего народа), а у основания – «дæлæсинта» (вступившие на Путь, делающие первые шаги в постижении мироустроительной категории Ирон æгъдау, слушающие наставления – поучения старших). Движение вверх по социальной лестнице зависело исключительно от личных усилий человека. Матерью многочисленных сыновей, давших начало народу Иронта была Нарти – хранительница родового огня. «Амæй фæстæмæ ды хъуамæ нæ артæй ничердæм ахицæн уай, уымæн æмæ дæууæн сывæллон куы райгура, уæд ды нæ сывæллоны хъуамæ хъахъхъæнай Царциаты фыдбылызтæй, уый тыххæй хуындзына Нарти.

Æз та хъуамæ уон хъæугæс æмæ хъуамæ… тох кæнон се æгъдаутты ныхмæ, æмæ сæ хъуамæ фесафон. Уый тыххæй амæй фæстæма æз хъуындзынæн Къаукъаз. Абонай фæстæмæ не´гъдауттыл чи цæуа, уый хуындзæнис Ирон æмæ иуыл хондзысты сæхи мæ лаппута иронтæ, куыд Нартийы сот».

 Отсюда наименование легендарного народа – нарты совершенно четко читается На-арт-и – наш огонь есть.  В Нартиаде происхождение нартов также связано с солнцем и огнем. Именно огненно-световая природа нартов позволяет им подниматься к Солнцу по солнечному лучу. Следовательно, нарты и ироны есть разные названия одного и того же народа: «удыстам рагай дар ирон номай» («Нарты кадджыта»).

Таким образом, героические кадаги о нартах запечатлели космогонические ритуалы и символы, которые и сегодня чтут исключительно Ироны. Три старейшины за трехногим жертвенником – Ирон фынгом, три символические доли жертвенного животного (голова, шея, курдюк), три пирога, три шашлыка из внутренних органов на вертеле, соотносимые со стихиями: легкие – воздух, сердце – огонь, почки – вода, печень – земля являлись и являются сегодня в сознании народа ир отражением энергосистемы Солнца, трехфункциональной структуры общества и тройственной природы человека. Парадоксально, но именно благодаря священному ритуалу застолья ир-ас-алан сохранились для человечества духовные сокровища легендарных цивилизаций древности, в том числе и изумительная по своей простоте и совершенству формула идеального управления социумом – модель гармоничного сосуществования различных частей социального организма в рамках единой системы. Рисуемое обрядово-ритуальное действо, совершаемое этим народом и поныне, не может не поражать своей поистине вселенской гармонией и величием.

Заведующая отделом

сравнительной мифологии

Института национального развития

Лариса ФИДАРАТИ

 

№2(11), июнь – август 2017 г.

Join the discussion

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *