Працивилизация ИР -БÆХФÆЛДИСЫН

Азанбек Бахфалдисын 1.

Развитие национальной культуры исторически предопределило фиксацию в сознании людей важнейших стереотипов поведения. Наиболее ярко данная объективная закономерность проявляется в ритуалах, как составной части народной обрядности. Архетипические представления народа в преломлении через ритуал и обряд дают наиболее полное представление о его мировосприятии и мироощущении. Последнее позволяет им не только сомоидентифицироваться в пестрой палитре народов мира, но и отслеживать важнейшие этапы своего этногенеза.

В этой связи особый интерес приобретает рассмотрение обряда захоронения, который, как известно, у всех народов характеризуется наивысшей устойчивостью к внешним влияниям. Наглядное представление об архаике этого обряда дает ритуал посвящения коня усопшему – БÆХФÆЛДИСЫН. Представляется, что именно в нем проявилось то особо значимое место, которое занимала лошадь в духовной и физической жизни североиранского (киммеро-скифо-сарматы) суперэтноса.

Освещенный традицией ритуал бæхфæлдисын был призван облегчить переход души усопшего из иллюзорного мира – МÆНГ ДУНЕ в истинный небесный мир – ÆЦÆГ ДУНЕ. Именно посредством коня, символизирующего в обрядовой практике и Богиню-Мать, и Солнце одновременно, совершался этот священный переход. В ходе этого обряда коня снаряжали особым образом. Его покрывали специальной попоной (черной буркой), к седлу приторачивали оружие и плеть. Гриву и хвост заплетали мелкими косичками, спутывая их разноцветными лентами, которые свисали до земли. Посвятитель (бæхфæлдисаг) – старший рода или селения, держа коня под уздцы, произносил обрядовую речь-напутствие. Затем жертвенное животное трижды обводили вокруг могилы и символически вкладывали уздечку в руки усопшего. В последующем посвятитель, взяв в руки чашу и дав коню испить из нее ритуальный напиток, разбивал ее о его копыто. Если в скифо-сарматскую эпоху осуществлялось заклание коня, то в более позднее время стали ограничиваться надрезанием его правого уха.

Обрядовые традиции иронов, вскрывая сакральную подоснову ритуала бæхфæлдисын позиционируют коня в качестве проводника души человека как в земной, так и в загробной жизни. Поэтому без этого символического образа трудно представить себе не только героев всемирно известной Иронской Нартиады, но и житейские будни носителей этой древней культуры вплоть до нашего времени.

Таким образом, в ходе описываемого ритуала развертывалась грандиозная по своей внутренней составляющей мистерия, в которой как вербальными, так и не вербальными средствами очерчивалась главная идеологема великих Воинов Света Иров-Асов – ДЗÆУÆГГАГ. Данная идеологема, в соответствии с мировоззренческими представлениями североиранцев обуславливала вхождение человека в мистический замкнутый круг, содержащий систему переходов: РОЖДЕНИЙ – СМЕРТЕЙ – РОЖДЕНИЙ. Единожды вошедший в этот сакральный круг приобщался к духовному братству ИРОНДЗИНАД. «Членство» в этом братстве позволяло иронам прожить не одну, а множество жизней, посредством перевоплощений (инкарнаций) их бессмертных душ. По-видимому, именно это фундаментальное обстоятельство дало начало формированию многочисленных духовно-рыцарских, орденских союзов древности и средних веков. Катары, альбигойцы, тамплиеры, госпитальеры, мальтийцы, тевтоны и др., взяв за основу иронский принцип единения (коммуникации) в рамках рассматриваемой мировоззренческой системы,  наполненной богатейшей символьно-образной атрибутикой, по сей день осуществляют бесструктурное наднациональное управление.

Особо следует сказать о том, что реликты посвящения коня покойнику имеются в культурах многих народов. Так, их отголоски присутствуют в обычаях народов Средней Азии, Кавказа, Сибири, Ирана, Индии, Восточной Европы. Войдя в обрядовый комплекс этих народов, культ коня на определенном историческом этапе занял в нем достаточно прочные позиции. Вместе с тем, говоря о глубокой архаике описываемого обрядово-ритуального действа, ученые констатировали его изначальное сложение в вечно воинственном североиранском мире, охватывающем огромные территории от северного Китая до Дуная. От свидетельств Геродота, Тацита, Птолемея, Арриана, Плиния, Марцеллина и многих др., описывающих быт и верования скифов, до наших дней данный ритуал в осмысленной форме сохранился исключительно в национальной среде иронов. Здесь он носит непрерывный характер.

Закономерно то, что народы, воспринявшие культ коня от североиранцев, с течением времени стали рассматривать ритуал его посвящения покойнику в качестве «рудимента их домонотеистических представлений» [Измаилов Г. М. О традиционном обычае посвящения коня умершему у народов Дагестана //Известия Дагестанского государственного педагогического университета. Общественные и гуманитарные науки. – Махачкала, 2011]. То есть под воздействием народившихся религиозных доктрин в их среде произошла его фрагментация и нивелировка. Напротив, ироны и сегодня относятся к нему как к высшей форме проявления благочестия по отношению к усопшему. Являясь с доисторических времен (Ⅴ тыс. до н.э.) ярко выраженными монотеистами, они и поныне  непротиворечиво с благоговением совершают этот священный ритуал. Последнее во многом проясняет вопрос о, если можно так выразиться, «генетических корнях» описываемого ритуала, поскольку ритуал принадлежит тому, кто его понимает, чтит и соблюдает.

Поэтому совсем не случайно детальное визуальное отображение данный ритуал получил в картинах иронов – Махарбека Туганты и Азанбека Дзанайты. Зодчим, взращенным в своей национальной среде, удалось художественными методами доподлинно передать внутреннюю сакральную составляющую этого ритуала (см. иллюстрации). На картине М. С. Туганты во всей полноте отображена троичность Мироздания: высший Мир – Небо; средний Мир – Земля; нижний Мир – Царство мертвых. Все три Мира объединены центральной вертикалью – склепом, на фоне которого разворачивается все ритуальное действо. Нетрудно заметить, что изображенный художником традиционный склеп маркирует своими конструктивными частями (крыша с оленьими рогами, глухие стены, лаз в нижнюю часть склепа) все те же три зоны Мироздания.

Бахфалдишын

В свою очередь А. В. Дзанайты экспрессивностью своего полотна, многочисленными архетипичными персонажами доподлинно передал сам момент заклания коня – проводника души умершего в Истинный Мир. Своим реалистичным искусством он вплотную подвел зрителя к кульминационной точке эзотерического ритуала. И сегодня от этих полотен веет суровой архаикой североиранского мира, которая вольно или невольно ретранслируется на современные поколения иронов. Ничего подобного нет даже близко в изобразительном искусстве других народов, значительно отдалившихся от понимания основных смыслов, заключенных в ир-ас-аланской культурной традиции.

ИРОНЫ, ОСМЫСЛЕННО ГОРДИТЕСЬ СВОЕЙ НАЦИОНАЛЬНОЙ ИСТОРИЕЙ И КУЛЬТУРОЙ!

Директор Института Национального Развития им. Царазон Ас-Багатара,

профессор Хадзымат ДЗАНАЙТЫ

Join the discussion

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *